Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Спорт
Теннисист Рублев вышел во второй круг Открытого чемпионата Франции
Мир
Путин и Мирзиёев возложили венки к монументу независимости в Ташкенте
Происшествия
Средства ПВО сбили два снаряда РСЗО «Ольха» над Белгородской областью
Мир
Премьеру Словакии Фицо 27 мая проведут контрольное обследование
Мир
Политолог связал обвинения РФ в диверсиях в Европе с ухудшением положения ВСУ
Происшествия
Задержан советник губернатора Орловской области Сергей Лежнев
Мир
ВС США впервые за несколько лет не приняли участия в Дне независимости Грузии
Мир
Глава МО Израиля назвал уничтожение ХАМАС целью операции в Рафахе
Общество
В Донецке в 10-летнюю годовщину начала обстрелов ВСУ вспомнили события тех дней
Мир
Делегация конгресса США посетит Тайвань 26-30 мая
Происшествия
В Москве часть конструкции аттракциона упала на ребенка в ТЦ
Мир
МЧС России предложило помощь Армении в ликвидации последствий наводнения
Мир
На рейсе Qatar Airways из-за турбулентности пострадали 12 человек
Мир
Шольц отверг предложение дать Киеву право на удары по РФ оружием Запада
Мир
Украинские военные пожаловались на неэффективность поставленного США оружия
Мир
Маск назвал управляемую человеком военную технику устаревшим оружием
Мир
Вице-премьер Италии призвал Столтенберга подать в отставку после слов об Украине
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Андрей Айрапетов считает патриарха отечественного джаза Алексея Козлова титанической фигурой, уверен, что у молодых есть потребность в широкомасштабных зрелищах, а не только в роликах TikTok, и сожалеет о том, что в России мало кто занимается музыкальной документалистикой. Об этом режиссер рассказал «Известиям» после выхода в прокат фильма «Джазист», посвященного лидеру группы «Арсенал» и 100-летию отечественного джаза.

— Про Алексея Козлова написано немало, сам он автор нескольких книг. Почему вы решили, что настало время для полнометражного документального фильма?

— Вообще-то я удивлен, что фильм про Козлова не сняли еще лет 30 назад. Про кого еще снимать, как не про него? В результате, как истинный «человек эпохи возрождения» и «мастер на все руки», Козлов сделал сам про себя два неплохих фильма. Ну а миссия нашего фильма — рассказать об этом человеке и показать, как в разные сложные исторические периоды можно экспериментировать с формами, содержанием и при этом сохранить себя и войти в историю.

Алексей Козлов в студии. Кадр из фильма «Джазист» 

Алексей Козлов в студии. Кадр из фильма «Джазист»

Фото: Каропрокат

— Материала о творчестве Козлова у вас явно было немало. Тем не менее чем-то пришлось пожертвовать?

— По стечению объективных и субъективных обстоятельств я общался с Алексеем Козловым всего один раз. И за этот раз удалось опросить его обо всех основных вехах его жизни. А вот всякие неявные, но интересные вещи типа кризиса жанра, провалов, семьи и других джазистов, остались мало освещенными. Не то чтобы он не хотел отвечать, а просто я не успел его об этом спросить, надеясь на следующую съемку, которой пока не случилось. Конечно, такие вещи делают фильм более глубоким и интересным. Но всё же ограниченный хронометраж диктует свои условия и заставляет отказываться от того, что выпадает из ритма фильма.

— Герои многих подобных проектов, будь то книга или кино, часто стараются максимально контролировать процесс, что негативно сказывается на правдивости повествования. Насколько вы были свободны в изложении событий?

— Абсолютно свободен! За спиной не стояли ни продюсеры, ни советчики, знающие «как было» или «как сделать лучше». Так что этот фильм я сделал в два, а то и в три раза быстрее, чем предыдущие. Алексей Семенович предоставил мне весь свой архив, а подробности мы с обсуждали по телефону. В клубе Козлова мы сняли все интервью, три месяца ушло на монтаж и один месяц на то, чтобы всё довести до ума. Уложился в полгода. Хочется выразить благодарность и другим участникам фильма, которые, несмотря на пандемию, согласились участвовать в фильме и предоставили свои архивы для работы.

— Что для вас стало главным открытием в личности Козлова, в творчестве группы, в самой эпохе российского джаза?

— Как бы ни банально это прозвучало, но самым главным открытием был сам Алексей Козлов. Даже несмотря на то, что я знал это имя давно, еще с начала 1980-х. Интересно, что в начале я читал его публикации о роке и джазовой музыке и только потом узнал, что он еще и музыкант. Потом были пластинки «Арсенала», а сейчас в процессе работы над фильмом я осознал, насколько это еще и титаническая фигура. Козлов, несмотря на железный занавес и прочие запреты, всегда был настроен на общую с мировой музыкой волну. Он, как радиоприемник или брейкдансер, ловил эту музыкальную волну и ретранслировал ее дальше в народ.

Кадр из фильма «Джазист»

Кадр из фильма «Джазист»

Фото: Каропрокат

Время интернета обозначило тенденцию коротких форм в текстах и в видео. Нужно ли адаптировать современное документальное кино под эти реалии или вы ориентируетесь на тех, кто помнит и знает «Арсенал»?

— Я не согласен с тем, что сейчас надо всё адаптировать и намерено укорачивать. Смотрят же молодые люди сериалы запоем, сезон за пару дней. Значит, у них есть потребность в чем-то полноформатном, а не только в минутном ролике в TikTok или Instagram. Например, у популярного Юрия Дудя бывают фильмы по два с лишним часа, и это никак не влияет на их просмотры. Или вот на Netflix каждую неделю выходят документальные сериалы, и все они в трендах. Также я не согласен, что фильм будет интересен только тем, кто помнит тот самый «Арсенал». На кинопоказы в основном ходят молодые люди, они подходят и благодарят за то, что открыли им такого человека.

— Документальное кино раньше — это большая творческая группа и огромное количество съемочного оборудования. Сейчас эти составляющие оптимизируются в сторону сокращения?

— Если бы я умел рисовать и имел приятный голос, то делал бы фильмы один. Шутка! В создании документального фильма обычно участвует около десяти человек: сценарист, режиссер, оператор, монтажер, художник, продюсер, администратор, аниматор, звукорежиссер и закадровый голос. Это такая микрогруппа. В бюджетных фильмах людей гораздо больше. Мне пришлось объединить в себе почти все эти ипостаси (кроме художника и голоса). Не потому что мне очень нравится это всё делать, а потому что у меня нет знакомых профессионалов и меломанов одновременно, согласных работать целый год за небольшой гонорар.

В этом деле без энтузиазма никак. Приходится почти всё делать самому, что, конечно, отвлекает от основной режиссерской линии. Насчет аппаратуры: раньше нужны были дорогостоящие кинокамеры, кинопленка, операторы, осветители, свет и монтажный стол. Теперь достаточно режиссера-оператора, пары цифровых фото-, видеокамер, хорошего микрофона и компьютера с монтажной программой. Пожалуй, всё.

Кадр из фильма «Джазист»

Кадр из фильма «Джазист»

Фото: Каропрокат

— Насколько схожи проблемы, с которыми сталкивались ваши коллеги, работающие в жанре музыкальной кинодокументалистике в былые времена, и те, что возникают у вас сейчас?

— Мне кажется, что основная проблема отечественной музыкальной документалистики — отсутствие инфраструктуры. Нет специализированных киностудий, телеканалов или телепередач, как в советские времена. Есть два кинофестиваля. Один про политику, другой в основном про иностранцев. Народ вроде хочет смотреть отечественную документалистику, но ему тупо негде об этом узнать. Ну а основное преимущество перед советскими временами в том, что с приходом цифрового видео документальные фильмы стало делать гораздо легче и дешевле.

— Сейчас ваш фильм в прокате. По какой схеме живет картина, снятая независимым режиссером?

— У него будет две недели проката по всей России, потом фильм перейдет в онлайн, на платформы.

— Вы пришли в музыкальное документальное кино, последовательно пройдя этапы работы на ТВ и клипмейкерство. Какие из приобретенных навыков пригодились вам в профессии кинодокументалиста?

— Пригодилось всё! Так получилась, что я всегда любил учиться и до сих пор продолжаю этим с удовольствием заниматься. Всё детство я провел на киносъемочных площадках отца — он был известным оператором. Потом почти десять лет учился в киношколах. Больше десяти лет учился телевидению, работая на нем. Следующие десять лет ушли на обучение корпоративным фильмам, музыкальным видеоклипам и видеоарту, а сейчас я учусь делать каждый свой следующий фильм чуть лучше предыдущего.

Режиссер Андрей Айрапетов

Режиссер Андрей Айрапетов

Фото: из личного архива Андрея Айрапетова

Почему, несмотря на то что 1980-е и 1990-е подарили множество отличных отечественных рок-групп, российских фильмов на эту тему не так много?

— Так исторически сложилось, что в Союзе, а потом и в России кино шло отдельно, а музыка — отдельно, и они почти никогда не пересекались. Не считая прекрасного студенческого фильма «Шесть писем о бите», до 1980-х почти нет видеохроники концертов, интервью и приличных аудиозаписей. Остались только любительские фотографии. В 1984 году в СССР приезжает американка Джоанна Стингрей с любительской видеокамерой, и начинается видеоистория советского рока.

Ее предыдущее отсутствие, наверное, можно оправдать тем, что профессионалы не хотели или им не давали снимать музыку, а любители, видимо, не могли — любительские кинокамеры были дорогие или вовсе не продавались. А вот почему сейчас почти никто не занимается музыкальной документалистикой, я не знаю. Есть подозрение, что из-за того, что мало платят, не так, как на ТВ, рекламе и сериалах.

Приведите примеры наиболее значимых для вас режиссеров и фильмов, определивших лицо документального музыкального кино в нашей стране?

— Это уже упомянутые «Шесть писем о бите», дипломная работа выпускника ВГИКа Алексея Ханютина. Она считается первым советским рок-фильмом. Там мы видим и слышим «Машину времени», «Високосное лето», «Рубиновую атаку» и другие советские рок-группы 1970-х, видим реакцию на них представителей разных поколений. В 1981 году вышла игровая короткометражка «Иванов» с Борисом Гребенщиковым в главной роли. В 1987-м — эпохальный фильм Алексея Учителя «Рок», его я посмотрел в кинотеатре и решил, чем хочу заниматься. Лучше этой картины в жанре «рокьюментари» так ничего и не сделали.

Кадр из фильма «Шесть писем о бите» 

Кадр из фильма «Шесть писем о бите»

Фото: ВГИК

В рамках телевизионного проекта Александра Липницкого «Еловая Субмарина» вышло много интересных и, к сожалению, мало кому известных телефильмов про «Аквариум», «Кино», «Зоопарк», «Звуки Му». В Питере есть студия «Хрущевка», они уже сделали несколько отличных фильмов про музыку своего города и не только.

Ну и невозможно не упомянуть два игровых фильма Сергея Соловьева: «Асса» и «Черная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви». Очень грамотная и вдохновенная работа с саундтреком и с музыкантами в кадре. Лучшего в нашем игровом кино и не было, наверное. Не зря современный фильм «Лето» (режиссер Кирилл Серебренников. — «Известия») временами подозрительно напоминает «Ассу».

— Итак, российская рок-музыка — огромный, еще не сильно охваченный вниманием документалистов пласт. Кто будет для вас следующим героем?

— У меня в разработке сразу несколько идей, но пока ничего конкретного нет в работе. Хочется продолжить открывать для себя новые и старые музыкальные истории. Пропускать их через себя и показывать фильмы и сериалы, в которых будет звучать много разной музыки.

Справка «Известий»

Андрей Айрапетов с 12 лет работал ассистентом оператора. Окончил институт культуры по специальности «руководитель самодеятельных кино-, фотостудий» и ВГИК по специальности «режиссер неигрового кино». Работал на каналах «МузТВ», MTV, ТНТ, НТВ, «Культура». Режиссер клипов групп «Аквариум», I.F.K и Найка Борзова. Автор и режиссер фильмов «БравоStory», «Критик», «Фили. История одного лейбла»

Прямой эфир