В Таджикистане в это воскресенье, 11 октября, должны состояться президентские выборы. В соседнем Кыргызстане после объявления предварительных итогов парламентских выборов, прошедших в прошлое воскресенье, 4 октября, произошла настоящая революция. Существующая власть в стране практически полностью развалилась буквально за одну ночь с 5 на 6 октября. В Белоруссии после президентских выборов 9 августа массовые протесты продолжаются до сих пор, и имеет место классическая революционная ситуация. Могут ли подобные события произойти и в Таджикистане?
Глобальные экономические проблемы, связанные с коронавирусом, коснулись и этой страны. Среди ключевых источников формирования ее ВВП были перечисления от работающих в России трудовых мигрантов и различные виды инвестиций из КНР. Оба эти источника серьезно пострадали. Многие таджикские трудовые мигранты в России потеряли работу, часть из них была вынуждена вернуться домой. Другие работу сохранили, но падение курса рубля уменьшило перечисляемые домой суммы. КНР в настоящее время столкнулась с серьезными экономическими проблемами, и возможность сотрудничать с другими странами серьезно уменьшилась.
В дополнение к этому в мире идет падение спроса на все виды сырья, что неизбежно сказывается на таджикском экспорте. Республика после разрушительной гражданской войны 1992–1997 годов до сих пор пребывает в достаточно тяжелом экономическом положении. Сейчас все эти проблемы дополнительно обострились, что неизбежно порождает серьезное недовольство. К этому можно добавить: страна, по мнению многих экспертов, с некоторым запозданием объявила карантин, что могло ускорить распространение эпидемии.
В дополнение к этому политическая система страны близка к транзиту, многие считают, что президент Эмомали Рахмон готовится постепенно передать власть своему сыну Рустаму Эмомали. Последний постепенно продвигается отцом по ступеням карьерного роста, ведущим к президентству: с 4 апреля 2017 года он — мэр столицы, города Душанбе, с 17 апреля 2020 года он дополнительно стал председателем верхней палаты парламента. Пример успешной передачи власти от отца к сыну на постсоветском пространстве есть — это Азербайджан. Там трансфер от Гейдара Алиева к Ильхаму Алиеву произошел в условиях экономического роста, связанного с реализацией «контрактов века» на Каспии. Однако и это произошло не без определенных протестов и внутриполитических сложностей. В Таджикистане передача власти готовится в условиях жесточайшего социально-экономического кризиса, что повышает риски.
Нельзя сказать, что Рахмон пришел к выборам без серьезных аргументов в свою пользу. Главный из них — установление в стране мира после кровопролитной и разрушительной гражданской войны 1992–1997 годов. К этому прибавляется недавний внешнеполитический успех — налаживание отношений официального Душанбе с Ташкентом (напомним, что долгое время между двумя странами был тяжелый водно-энергетический конфликт, приведший, в частности, к транспортной блокаде Таджикистана со стороны Узбекистана). Теперь все проблемы преодолены, правда, следует отметить, что прежде всего это произошло по инициативе нового президента Узбекистана Шавката Мирзиеева.
С другой стороны, претензии к Рахмону в сфере внутренней и внешней политики есть у многих. Например, ряд оппозиционеров считает, что правительством после запрета Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) было де-факто прекращено действие Московского соглашения 1997 года, окончившего гражданскую войну. Запрет на деятельность умеренных исламистов мог спровоцировать массовый отъезд в ИГИЛ (jорганизация запрещена в России). Особо известен в этом плане случай бывшего полковника ОМОНа Таджикистана Гулмурода Халимова, ставшего одним из военных вождей ИГИЛ. Многих российских наблюдателей также не может не настораживать постепенный дрейф официального Душанбе от ориентации на Россию к ориентации на КНР. В частности, Таджикистан так и не вступил в ЕАЭС, зато активно развивает военные форматы сотрудничества с Пекином, альтернативные ОДКБ (в частности, формат китайско-пакистанско-таджикско-афганских консультаций).
И всё же, несмотря на все проблемы страны, реализация киргизско-белорусского сценария после подведения итогов президентских выборов в Таджикистане представляется очень маловероятной. Процесс организации голосования достаточно контролируем со стороны властей, и победа Рахмона на них предрешена. Несмотря на существующее в стране недовольство, массовых выступлений после этого не предвидится. Таджикистан — это республика, уже раз пережившая кровавую гражданскую войну, и все прекрасно понимают, что нынешняя власть просто так не уступит.
Автор — эксперт клуба «Валдай», профессор ВШЭ, главный научный сотрудник ИМИ МГИМО
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
