Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Точно предсказать развитие ситуации в Белоруссии сложно. Тем не менее можно отметить появление некоторых обнадеживающих сигналов. И не исключено, что сравнительно скоро мы увидим начало нового политического процесса в республике.

Процесс изменения конституции, о котором в последнее время довольно много говорят, представляется вполне приемлемым механизмом преодоления нынешнего кризиса. В том случае, конечно, если в него втянется сравнительно существенная часть белорусского общества и, соответственно, элиты.

Вопрос, конечно, в том, как этого добиться. Для этого, как кажется, нужно соблюсти несколько условий, поскольку обычно дьявол прячется в деталях.

Во-первых, к самой процедуре обсуждения изменений конституции, а затем к референдуму должно быть доверие. Добиться его непросто, но тем не менее возможно. Гадать, как это будет сделано в Белоруссии, бессмысленно, рецептов много. Средней руки политтехнолог напишет за пару часов несколько вариантов. Но в реальной жизни — в случае удачи — сложится своя оригинальная схема: как, в течение какого времени, с каким возможным результатом это всё должно обсуждаться.

Во-вторых, и это самое сложное, всем — и власти, и оппозиции — нужно смирить свою гордыню. В основе этого смирения должно лежать признание того факта, что в белорусском обществе сложилась непростая ситуация, оперируют разные социально-политические группы. У них различное видение будущего. Но именно процесс обсуждения и принятия новой конституции служит пространством, в котором дискуссия между разными силами возможна.

В-третьих, само по себе обсуждение конституции непросто организовать. Российский опыт, например, показывает, что оформление дискуссии как таковой важно. В известном смысле, форма важнее содержания. Если ошибиться, взять неверный тон, то легко превратить вроде благое, полезное и перспективное дело в его противоположность. Причем угроза искажения и развала дискуссии мне не кажется надуманной. Некоторые высказывания участников белорусских событий вызывают тревогу.

Но, повторю, при соблюдении определенных условий именно обсуждение реформы основного закона может оказаться целительным средством для политического выздоровления белорусского общества. Дело в том, что обсуждение конституции и символично, и важно. В результате дискуссии у граждан (или части граждан) может возникнуть чувство сопричастности к преобразованию страны. В ходе обсуждения изменений в тексте основного закона возникнет почва и для политического размежевания, переоформления партийно-политического спектра. Наконец, по завершении обсуждения должны пройти референдум и голосования, на которых будут избраны органы власти страны. Это впечатляющая перспектива, но, увы, пока только перспектива. И реализация ее зависит во многом от способности элиты Белоруссии проявить волю к нахождению хотя бы рабочего компромисса для реализации конституционного проекта.

В известной мере сейчас мяч на стороне оппозиции. Дело в том, что она намеревается продолжать протесты и рассчитывает на то, что ей удастся разбить нынешний режим и каким-то образом захватить власть. Вместе с тем очевидно, что белорусское общество состоит далеко не из одних сторонников оппозиции. Множество людей против радикальных требований, боится неизвестных последствий или не видит внятной альтернативы существующей власти.

В такой ситуации переход в конструктивную, диалогичную фазу через обсуждение конституции представляется уместным. Однако люди не всегда руководствуются рациональными доводами.

Многое, повторю, зависит от самого белорусского общества, настроения его элит. Многое, но не всё. Белоруссия живет в окружении стран, интересы которых не во всем и не всегда совпадают. Понятно, что у ближайших соседей — Польши, Литвы, Латвии — одна повестка, у Украины другая, а Россия и Белоруссия и вовсе находятся в одном Союзном государстве.

Одна из проблем в том, что входящие в ЕС Польша и Литва имеют отличный от ведущих стран ЕС взгляд на белорусскую проблему. В каком-то смысле Россия, Германия, Франция и Италия ближе друг к другу в понимании ситуации. И тому много причин. В ЕС хватает противоречий, а улучшение отношений с Россией — глобальная цель Западной Европы. Естественно, на определенных условиях. Но, повторю, не все в Европе разделяют такой подход. И поэтому ЕС в целом не поддержал все санкции против белорусских политиков, на чем настаивали, например, Польша и Литва.

В таких условиях, очень важным становится создание своего рода периметра, внутри которого белорусское общество при минимальном вмешательстве извне (полностью, конечно, избежать его нельзя) сможет само решать, что ему делать и как выходить из кризиса, создать свой собственный параллелограмм сил. В сущности, как я понимаю, такова позиция России — предостеречь тех, кто слишком азартен, от провокационных действий, от подталкивания ситуации в сторону насилия и разрушения структур повседневной жизнедеятельности страны.

Париж и Берлин говорят о примерно том же, призывая по возможности уклоняться от вмешательства во внутренние дела Белоруссии. Более того, лидеры ЕС не хотят и лишаться возможности диалога с Минском.

В известном смысле мирное, законное, рациональное разрешение белорусского кризиса могло бы послужить улучшению положения дел в Европе в целом, продемонстрировать способность находить ответ даже в сложных случаях. То есть ситуация в Белоруссии способствовала бы не разделению, а сплочению европейских стран, включая Россию.

Но, увы, в общем ситуация пока не определена. Однако появляются развилки, варианты движения дальше. Один из них — общенациональная дискуссия о конституции, референдум, выборы. Посмотрим.

Автор — председатель совета фонда развития и поддержки дискуссионного клуба «Валдай», декан факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ ВШЭ, член Союза писателей

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Прямой эфир