Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Спорт
Главный тренер Хорватии назвал великой победу над Бразилией на ЧМ-2022
Происшествия
Пожар начался в Донецке после обстрелов ВСУ
Происшествия
В ДНР сообщили о погибших в результате обстрелов Донецка со стороны ВСУ
Мир
Масштабную воздушную тревогу объявили на Украине
Мир
Россия ввела санкции в отношении 200 граждан Канады
Политика
Путин допустил, что РФ «возьмет на вооружение» наработки США по безопасности
Мир
В ООН сообщили о согласии Минска обеспечить транзит украинского зерна
Мир
МИД РФ указал на отказ ЕС от собственных интересов в «санкционном раже»
Мир
США в рамках нового пакета помощи отправят Киеву боеприпасы для HIMARS
Общество
Режим ЧС муниципального характера введут из-за обрушения дома в Рязани
Мир
В МИД РФ заявили о предложениях посодействовать в обмене заключенными с США
Происшествия
ВСУ вновь открыли огонь по центру Донецка
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Эпидемия коронавируса стала мощнейшим вызовом для рынка труда. После введения режима самоизоляции работу потеряли почти 10% граждан. Такие данные в ходе общероссийского интернет-опроса получили специалисты НИУ ВШЭ. 40% участников исследования сообщили, что после начала эпидемии у них сократилась зарплата, многих перевели на неполный график или отправили в «добровольные» неоплачиваемые отпуска. И хотя, как считают авторы опроса, эти методы снижения издержек помогли рынку труда быстрее адаптироваться к новым условиям, потеря работы продолжает оставаться одним из самых сильных кризисных страхов. О таких опасениях заявил практически каждый пятый, а снижения зарплат не исключает почти половина участников исследования.

Кризис, связанный с пандемией, оказался для рынка труда самым серьезным вызовом за многие годы. Если раньше российская экономика сталкивалась преимущественно с шоками со стороны спроса, то сейчас из-за вынужденного локдауна целых отраслей мощный удар получило и предложение. Об этом говорится в исследовании центра трудовых исследований и дирекции по экспертно-аналитической работе НИУ ВШЭ, которые во второй декаде мая провели интернет-опрос «Работа и трудоустройство в условиях эпидемии». В нем приняли участие свыше 5 тыс. респондентов из разных регионов страны.

Эпидемия привела к значительным потерям в занятости, считают аналитики «Вышки». По данным исследования, после введения режима самоизоляции работу потеряли почти 10% респондентов, а свыше 30% из тех, кому удалось ее сохранить, сообщили, что после начала эпидемии лишился места кто-то из членов их семей. «Угроза безработицы остается для россиян одним из наиболее сильных источников страха», отмечается в исследовании.

Адаптация к шоку

На новый вызов рынок труда ответил набором классических мер, которые уже использовались в предыдущие кризисы. Так, 40% опрошенных сообщили, что после начала эпидемии у них сократилась зарплата, а почти 20% полностью или частично лишились премий и бонусов. Намного меньший размах получили задержки заработной платы — около 7%. «Что неудивительно, если принять во внимание, какие суровые санкции ждут руководителей российских предприятий за случаи ее несвоевременной выплаты», считают авторы исследования.

офис
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Бедняков

Сильнее всего просели зарплаты в наиболее пострадавших отраслях — строительстве, торговле и сфере обслуживания, где негативная динамика фиксировалась в 65–75% случаев. Среди самозанятых заработки уменьшились у 75%, а у занятых на средних и крупных предприятиях — лишь у 48%.

Достаточно активная адаптация шла и по линии сжатия рабочего времени: 11% опрошенных были переведены на неполный рабочий день или неполную рабочую неделю, а примерно 13% были отправлены в вынужденные или квазидобровольные отпуска (за свой счет либо с частичной компенсацией). На некоторых предприятиях работников принуждали брать больничные, однако таких случаев набралось менее 2%. Вместе с тем многие сотрудники (16%) были вынуждены трудиться больше, чем в докарантинный период.

Безусловными лидерами по переводу персонала на неполную занятость оказались торговля и сфера обслуживания. Вплотную к ним шло строительство, тогда как в сельском хозяйстве, госуправлении и соцобеспечении механизм временной подстройки использовался крайне редко. Малые предприятия прибегали к нему примерно в полтора раза чаще, чем средние или крупные: 15–20% против 10–12%. Жители крупных городов сталкивались с переводами на неполное рабочее время и вынужденными отпусками примерно в полтора раза чаще, чем те, кто живет в селах или небольших городах.

вход в магазин
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

Естественно, различные формы кризисной адаптации могли использоваться одновременно. Примерно каждый второй опрошенный испытал на себе действие ухудшений какого-либо одного типа, почти каждый шестой респондент — двух, а каждый седьмой — трех и более. Именно последняя группа, столкнувшаяся с множественными негативными изменениями в оплате и условиях труда, пострадала от кризиса сильнее всего, подчеркивается в исследовании. При этом каждый пятый участник обследования сообщил об отсутствии каких-либо негативных изменений в оплате или условиях труда.

Стандартный набор

«Благодаря активной ценовой и временной подстройке потребность в количественной подстройке в форме «сброса» рабочей силы оказалась намного меньше, чем она могла бы быть при иных условиях», резюмируют авторы исследования. Проще говоря, людям пришлось выбирать между плохим и худшим — потерей работы и снижением зарплаты или переходом на неполную занятость.

И хотя некоторые эксперты считают последнюю меру «скрытой безработицей», авторы исследования этого термина не признают, ссылаясь на методологию Международной организации труда.

— В соответствии с ней человек, проработавший хотя бы час в неделю за оплату, уже занятый, а не безработный, — уточнил директор центра трудовых исследований НИУ ВШЭ Владимир Гимпельсон.

метро
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Константин Кокошкин

Российский рынок, судя по данным опроса, в плане использования антикризисного инструментария оказался сверхконсервативным, отметил гендиректор института региональных проблем Дмитрий Журавлёв.

— На такой уникальный вызов, как пандемия, он отвечает традиционными способами, главный из которых — снижение зарплаты. А все новшества воспринимаются как сугубо временные и вынужденные. И такой консерватизм неслучаен. Традиционные методы еще не исчерпали своих возможностей: зачем увольнять человека, когда ему можно меньше платить? — пояснил эксперт.

Трудовое дистанцирование

Впрочем, как заметил Дмитрий Журавлёв, одно новшество на фоне эпидемии рынок труда всё же опробовал. Речь о переходе сотрудников на дистанционный режим работы, которым оказались охвачены 22% опрошенных. Здесь лидерство принадлежало сектору информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), где на удаленку был переведен каждый второй работник, а также образованию, науке и культуре, где это затронуло каждого третьего. В остальных отраслях новый режим охватывал не более 10–15%. Малые, средние и крупные компании прибегали к нему примерно вдвое чаще, чем микропредприятия (с численностью персонала до 15 человек) и самозанятые: 25–30% против 15%.

Как полагают авторы исследования, во многих отраслях дистанционный режим рассматривается как вынужденная и временная мера, поскольку его эффективность пока трудно оценить до конца. Примерно половина самих удаленщиков считают, что их производительность упала, около 40% опрошенных заявили, что ничего не изменилось, и только 10% заявили, что она повысилась.

строитель
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Андрей Эрштрем

Компаниям, которые работают в сфере высоких технологий, оказалось выгоднее перевести фактически весь штат на удаленную работу, считает предприниматель в секторе ИКТ Антон Чехонин.

— По своему опыту могу сказать, что эффективность не пострадала. Компании из других отраслей испытывали проблемы по перестройке, но в секторе высоких технологий было неэффективно даже рассматривать альтернативу в виде «отпуска», поскольку клиенты не отказывались от услуг. Безусловно, если есть возможность, надо переводить сотрудников на удаленный режим, чтобы компания не теряла доход, — подчеркнул он.

По мнению предпринимателя, альтернативу в виде отпуска стоит рассмотреть, когда у сотрудника временно нет оплачиваемой заказчиками работы.

Осложнения самоизоляции

Доцент базовой кафедры Торгово-промышленной палаты РФ «Развитие человеческого капитала» Людмила Иванова-Швец считает, что каждая организация и предприятие исходили из условий отраслевой принадлежности.

— Если, например, закрыли все кафе и рестораны, руководству ничего не оставалось, как отправить персонал в неоплачиваемые отпуска. Для офисных работников проще и понятнее перейти на удаленку. В сферах, где предложение рабочей силы незначительное и высокие требования к профессиональным компетенциям, стараются максимально сохранить работников и выбирают наиболее приемлемые варианты — сохраняют зарплату, предлагают удаленку, если это возможно, — пояснила эксперт.

А вот в сферах, где не требуется высокая квалификация, проще избавиться от таких сотрудников сейчас и в будущем найти их будет просто, считает она. Однако бизнесу надо помогать максимально сохранять рабочие места, чтобы не нанести удара по экономике и не допустить резкого роста безработицы, подчеркнула Людмила Иванова-Швец.

люди метро
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

И хотя ограничительные меры постепенно начали снимать, россияне продолжают испытывать страхи по поводу своей занятости. Так, 18% опрошенных не исключили потери работы, а 48% — снижения заработка в будущем. Опасения по поводу задержек выплат высказали 12% респондентов, перевода на неполное рабочее время ждут 12% и еще 13% допускают, что могут оказаться в вынужденном отпуске.

Впрочем, 22% не ожидают никаких ухудшений, причем в подавляющем большинстве это люди, с которыми с начала кризиса ничего плохого и не происходило. При этом найти новое место работы сразу же или быстро рассчитывали только 25%, тогда как 75% считали, что его поиск будет длиться долго или очень долго.

Читайте также
Реклама