Творец и архитектор: умер один из основоположников рок-н-ролла
«До Элвиса не было ничего», — сказал когда-то Джон Леннон. «Битл», конечно, преувеличивал значение Короля; свидетельством тому — репертуар самих The Beatles, которые на заре карьеры лихо исполняли сразу несколько хитов другого «крестного отца» рок-н-ролла — легендарного, сумасшедшего, экстравагантного Литл Ричарда. Сегодня Ричард Уэйн Пенниман — певец, пианист, композитор, проповедник — навсегда покинул эту Землю. «Известия» вспоминают одного из пионеров музыки, «сделавшей» наш ХХ век.
Он стал «Литл», «малышом», не столько согласно тогдашнему обычаю, бытовавшему в «черном» шоу-бизнесе, — звезды-подростки получали префикс практически автоматом, от Малышки Эстер Филлипс до Малыша Стиви Уандера — сколько по причине действительно маленького роста. Кроме того, Ричард не очень любил свою настоящую фамилию, Пенниман, почему решил не менять имя и в дальнейшем.
Появившийся на свет 5 декабря 1932 года в негритянской семье на глубоком Юге, в Мэйконе, штат Джорджия, музыкант пришел к славе довольно поздно по меркам тех времен — ему было уже 23 года, когда черную Америку «взорвал» его первый хит.
Вышедшая осенью 1955 года песня называлась Tutti Frutti — и она по сей день знакома, наверно, каждому, хоть раз в жизни включавшему радиоприемник. Скорее всего, не в оригинальном исполнении — ибо победный вопль, который в наших краях адаптировали в «Эй, баба Люба!», испускали, кажется, все звезды рока.
Элвис записал свою версию для белой аудитории уже в 1956-м (несколько месяцев отдельные хитроумные торговцы пластинками продавали сингл под вымышленными именами, чтобы покупатели не стеснялись брать модную, но «расовую» запись). В Европе, менее скованной расистскими предрассудками, Tutti Frutti и последующие хиты неистового пианиста — Long Tall Sally и Good Golly Miss Molly — вовсю исполняли еще никому не известные парни из Ливерпуля под названием The Beatles.
В октябре 1962-го Джону, Полу, Джорджу и Ринго довелось даже сыграть вместе со своим кумиром, приехавшим с туром в Британию. Тур, впрочем, планировался совершенно не рок-н-ролльным — в 1957 году Ричарда, выросшего в религиозной семье, посетило озарение, и он обратился к Богу (знамениями, по его словам, стали запуск СССР первого спутника и катастрофа самолета, на котором должен был лететь певец).
Однако, попав в атмосферу «веселящегося Лондона», обладатель пугавшего родителей всех цветов кожи чуба-«помпадура» и сценических одеяний, предвосхитивших наряды Майкла Джексона и Принса, не удержался (позднее он так и назовет это — «срывом») и вместо благопристойных госпелов вновь вернется к рок-боевикам. Заодно именно он научил Маккартни искусству резкого перехода на фальцет — приему, впоследствии использованному на I Saw Her Standing There и She Loves You.
«У рок-н-ролла есть только один творец, только один архитектор: Литл Ричард», — заявил он когда-то без ложной скромности в интервью журналу Playboy. Даже окончательно расставшись с рок-сценой, Литл Ричард очень болезненно переживал недостаточное, по его мнению, уважение к своей персоне со стороны историков новой музыки.
В этом было известное кокетство: первая же книга, серьезно рассматривавшая феномен рок-н-ролла в социокультурном разрезе, написанная в конце 1960-х Ником Коном, была названа по той самой знаменитой первой строчке из Tutti Frutti — Awopbopaloobop Alopbamboom. В 2010 году и сама композиция была включена в Национальный реестр звукозаписей библиотеки конгресса США как «возвестившая новую эру в музыке».
Так оно и было на самом деле. Истерическая вокальная манера Литл Ричарда стала образцом для многих поколений рок-певцов. Пол Маккартни описывал этот голос как «дикий, хриплый, визжащий — словно паранормальное явление». Экстравагантный стиль одежды Литл Ричарда во многом предвосхитил наряды глэм-рокеров и «новых романтиков».
Для звезд «черной» музыки он оставался непререкаемым авторитетом, даже когда практически оставил сцену, — Принс в своих ранних шоу открыто подражал буйным выступлениям Литл Ричарда конца 1950-х, обыгрывая и его шокировавшую тогдашнюю публику сексуальную амбивалентность. Не в меньшей степени в долгу перед имиджем Ричарда были и такие белые звезды, как Элтон Джон и Дэвид Боуи.
Литл Ричард во многом придумал визуальную сторону рок-н-ролла — но, конечно, не меньшую важность сохраняет его песенное наследие. Мелодические ходы и ритмические структуры его хитов дали жизнь огромному числу новых песен — достаточно вспомнить «криленсовскую» Travelin’ Band, структура которой позаимствована из Long Tall Sally, или «зеппелиновский» Rock and Roll, основанный на ритме «Keep A-Knockin’» (кстати, и Роберт Плант, как вокалист, в несомненном долгу перед Литл Ричардом).
Говоря строго, вся слава Литл Ричарда выросла в каких-то три неполных года, с 1955 по 1957-й. Дальше были возвращения на сцену, уходы в религию, низвержения в ад наркотиков и алкоголя, борьба за мир и прочий набор выходок рок-звезды — который в известном смысле тоже создал своей бурной, буйной и долгой жизнью Ричард Уэйн Пенниман.
Сегодня эта жизнь закончилась, но еще многие поколения будут начинать свой путь в музыке с магического крика: A wop bop alu bop, a wop bam boom! Самого, по мнению журнала Rolling Stone, важного и вдохновенного текста за всю историю рок-н-ролла.
