Победа без точки: как ловили военных преступников после Второй мировой войны
Когда мир праздновал окончание Второй мировой войны, советские контрразведчики продолжали свою незаметную, но крайне важную работу — розыск военных преступников, виновных в многочисленных злодеяниях. Ключевым здесь стал указ «О мерах наказания немецко-фашистских злодеев». Принятый 19 апреля 1943 года, он продолжал действовать и после войны. Тем более что некоторых пособников удалось выявить лишь спустя десятилетия после победы. О том, как была устроена эта методичная и кропотливая работа, — в материале «Известий».
Террор оккупации: преступления без срока давности
С первых месяцев Великой Отечественной войны стало ясно, что конфликт носит не только военный, но и откровенно уничтожающий характер. На оккупированных территориях Советского Союза нацистский режим развернул масштабную машину насилия, направленную против мирного населения. За наступающими войсками следовали специальные карательные подразделения — айнзацгруппы, которые проводили так называемые «зачистки», на практике означавшие массовые убийства и геноцид. В некоторых лагерях над заключенными проводили опыты, подобные тем, которыми руководит один из героев нового сериала «Грачи».
Фашисты взламывают дома мирных жителей в захваченном Минске
Эти преступления не были случайными или единичными эпизодами. Их системность была впоследствии подтверждена на Нюрнбергском процессе. Убийства мирных жителей, насильственный угон людей на принудительные работы, уничтожение целых населенных пунктов и жестокое обращение с военнопленными рассматривались как элементы единой политики. Американский обвинитель Телфорд Тейлор во время суда в Нюрнберге подчеркивал, что эти зверства являлись результатом тщательно продуманных приказов и директив, реализуемых последовательно и целенаправленно.
Отправка советских граждан с оккупированных территорий на принудительные работы в Германию, октябрь 1941 года
Поэтому с самого начала войны в СССР вели активную работу по документированию этих преступлений. Уже в 1941 году государственные органы начали собирать свидетельства очевидцев, официальные документы и иные доказательства. Были созданы специальные комиссии, которые фиксировали разрушения, массовые убийства и конкретные факты насилия. В дальнейшем именно эти материалы легли в основу как советских судебных процессов, так и разбирательств в Нюрнберге.
Указ № 39: как работала военная юстиция
Весной 1943 года в СССР была создана военная контрразведка «Смерш», в задачи которой входила борьба с диверсантами, шпионами и предателями.
Организация была образована 19 апреля 1943 года и подчинялась непосредственно высшему военному руководству страны. Само название «Смерть шпионам» отражало предельно жесткую установку на борьбу с любыми проявлениями разведывательной и подрывной деятельности противника. При этом окончательный вариант названия был утвержден лично Иосифом Сталиным, который настоял на универсальной формулировке, не ограниченной только немецкими спецслужбами.
Основополагающим документом для новой структуры и ключевым элементом для всей системы военного правосудия в годы войны в целом стал указ Президиума Верховного Совета СССР № 39 от 19 апреля 1943 года «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников». Документ закреплял юридические основания для наказания военных преступников, а также формировал особый, предельно жесткий механизм судопроизводства, соответствующий условиям военного времени.
Гитлеровцы сожгли дотла украинскую деревню
Как отмечает кандидат исторических наук, доцент кафедры истории России новейшего времени исторического факультета Историко-архивного института РГГУ Сергей Кондратенко, «указ был принят в условиях военного времени и отражал специфику правовой практики того периода». По его словам, документ стал первой попыткой системно определить ответственность за преступления, совершенные как оккупантами, так и их пособниками.
Согласно положениям указа, к высшей мере наказания — смертной казни через повешение — приговаривались: «немецкие, итальянские, румынские, венгерские, финские фашистские злодеи, уличенные в убийствах и истязаниях гражданского населения и пленных красноармейцев»; «шпионы и изменники родины из числа советских граждан». Отдельную категорию составляли пособники из местного населения: они, как правило, получали наказание в виде каторжных работ сроком от 15 до 20 лет.
— Указ стал первым нормативным актом в СССР, прямо предусматривавшим ответственность за военные преступления, и создал основу для системного привлечения к ответственности нацистских преступников и их пособников. Документ оказал влияние не только на советскую, но и на последующую международную практику, — подчеркивает эксперт.
Мирные жители возвращаются к своим домам, чтобы собрать уцелевшие остатки своего имущества на месте сгоревшей деревни
По словам Кондратенко, на момент принятия указа в международном праве не существовало универсальных норм, регулирующих ответственность за военные преступления в масштабах, которые приобрела Вторая мировая война. Именно поэтому советская правовая система фактически действовала на опережение, создавая собственные инструменты правосудия.
— Важную роль в этом процессе сыграла Чрезвычайная государственная комиссия, созданная в 1942 году для фиксации преступлений на освобожденных территориях. Собранные ею материалы легли в основу множества судебных дел. Уже в 1943 году прошли первые открытые процессы над военными преступниками — в Краснодаре и Харькове, которые получили широкий международный резонанс, — утверждает историк.
Розыск длиной в десятилетия
После завершения Великой Отечественной войны работа по выявлению пособников нацизма не только не завершилась, она приобрела системный и долгосрочный характер. Уже в первые годы после победы стало очевидно, что значительная часть тех, кто был причастен к преступлениям на оккупированных территориях, смогли скрыться, изменить документы или раствориться среди миллионов перемещенных людей. Поиск военных преступников продолжился и в мирной жизни.
Чрезвычайная экспертная комиссия осматривает бараки концентрационного лагеря
Как отмечает в беседе с «Известиями» главный научный сотрудник сектора уголовного права, уголовного процесса и криминологи Института государства и права РАН доктор юридических наук, профессор Сергей Россинский, в этот период происходило постепенное разграничение подследственности. Дела о государственной измене, шпионаже и иных преступлениях против государства передавались органам госбезопасности.
— В 1946 году произошла реорганизация: функции НКВД были разделены между новыми структурами, включая Министерство государственной безопасности, чьи следователи и занимались подобными делами. В то же время часть преступлений, не связанных напрямую с вопросами госбезопасности, оставалась в ведении прокуратуры, — подчеркивает эксперт.
В то же время, отмечает эксперт, разделение было не таким жестким, как сегодня, поэтому сотрудники любой структуры могли выйти на след преступника. Как, например, это произошло с капитаном Ратниковым в сериале «Грачи».
Кадр из сериала «Грачи»
Иногда преступников выдавала случайность, но чаще всего за каждым задержанием лежала длительная и кропотливая работа. Следствие опиралось на архивные документы, свидетельские показания и материалы специальных комиссий, собранные еще в ходе войны. Существенную роль в доказательной базе продолжали играть материалы Чрезвычайной государственной комиссии.
Коллаборационизм и послевоенный розыск
Коллаборационизм стал одной из самых трудных тем послевоенного правосудия. Речь шла о людях, которые в годы оккупации сотрудничали с карательными структурами и нередко участвовали в преступлениях против мирного населения. Несмотря на это, многие из них после войны сумели скрыть свое прошлое и вернуться к обычной жизни.
Одним из самых печально известных эпизодов стала трагедия белорусской деревни Хатынь, уничтоженной в марте 1943 года в рамках карательной операции гитлеровских войск. Тогда погибли 149 жителей деревни, в том числе 75 детей.
Фашистские каратели сожгли одну из белорусских деревень близ Хатыни
Среди участников операции были не только военнослужащие вермахта, но и коллаборационисты из числа бывших советских граждан. В частности, Василий Мелешко, служивший в составе карательного формирования, принимал участие в уничтожении жителей Хатыни. Он попал в плен 22 июня 1941 года и почти сразу начал сотрудничать с нацистами. Принял участие в нескольких крупных карательных операциях, но после войны успешно провел различные проверки, которым подвергали возвращавшихся из плена. Был восстановлен в звании, а затем уволился из армии и стал работать агрономом. Впервые был арестован в конце 1940-х, но тогда утаил часть фактов. Был приговорен к 25 годам лишения свободы, которые отбывал в Воркуте, но в 1955 году Мелешко амнистировали. Он вернулся к жене и детям, стал главным агрономом своего колхоза. Это и помогло разоблачению — в 1970-е его снимок разместили в газете «Молот», рассказывая об успехах предприятия, по этому снимку его и опознали. В 1975 году он был приговорен к высшей мере наказания.
Похожий путь прошел Григорий Васюра, один из руководителей карательного подразделения, действовавшего на территории Белоруссии. После войны он сумел вернуться к мирной жизни, работал в совхозе и пользовался уважением, как ветеран. Первый раз его задержали по подозрению в сотрудничестве с оккупантами в 1952 году, однако вскоре отпустили. Вывести его на чистую воду смогли лишь в 1985 году, когда всех ветеранов награждали «Орденом Великой Отечественной войны» — при оформлении документов служащие нашли нестыковки в архивах, которые послужили поводом для дальнейшего расследования и ареста. Васюра был осужден и приговорен к расстрелу в 1987 году.
Федор Федоренко на скамье подсудимых в Симферопольском суде
Отдельное направление послевоенного розыска связано с делами, вышедшими за пределы СССР. Характерна история Федора Федоренко, охранника лагеря смерти Треблинка. После войны он эмигрировал в США, где на протяжении десятилетий скрывал свое прошлое. Однако в 1970-е годы, соскучившись по родине, он вместе с туристической группой приехал в Крым — там его, несмотря на годы, опознали и началось длительное международное расследование, которое привело к открытому судебному процессу в Крыму в 1986 году и последующему расстрелу 80-летнего Федоренко.
Как отмечают исследователи, подобные случаи были не единичными. Разоблачение преступников становилось возможным благодаря системной работе с архивами, сопоставлению свидетельств и повторной проверке материалов дел, собранных еще в военный период.
Именно в этом контексте формировалась и более широкая культурная рефлексия о послевоенном правосудии. Сегодня тема скрытых биографий и многолетнего розыска находит отражение и в современной культуре, в том числе в сериале «Грачи», где личное прошлое героев становится частью глобальной исторической памяти, от которой невозможно окончательно уйти. Премьера сериала состоится 26 апреля.
