Ситуация на Корейском полуострове вызывает тревогу. Американцы сознательно нагнетали обстановку в предверии 15 апреля, когда в Северной Корее отмечают День солнца - 105-ю годовщину со дня рождения основателя КНДР Ким Ир Сена. Такой праздник, как известно, сопровождается ракетными стрельбами и военными парадами, которые демонстрируют внутри страны и за рубежом жизнеспособность режима Ким Чен Ына и правящей элиты. С горячей войной у Пентагона давно не ладится, издержки превышают потенциальные выгоды. А вот медийный эффект оказался на деле дороже золота, поскольку воинственные заявления из Пхеньяна только укрепляют союзнические узы Вашингтона с Сеулом и Токио, где за последние годы антиамериканизм превратился во влиятельную общественную тенденцию. Впрочем, обо всём по порядку.
Начнём с главного — стратегических угроз американскому доминированию в регионе. Если на рубеже 1980 — 1990-х ключевым вопросом международной безопасности являлось объединение ФРГ и ГДР, которое ослабило американские позиции в Европе, то теперь центр тяжести в мировой политике сместился в Восточную Азию. Поэтому администрация Дональда Трампа делает ставку на эскалацию напряженности в отношениях между двумя Кореями. Ведь сближение Пхеньяна и Сеула — настоящий геополитический кошмар, который рискует подорвать позиции Пентагона в бассейне Тихого океана.
Еще в начале марта президент США сделал заявление, которое проливает свет на нынешний ракетный кризис вокруг Северной Кореи: «Я попросил конгресс избавиться от секвестра на оборонные расходы и поддержать мой запрос на великую перестройку флота США». Обострение в Корее для Вашингтона — вопрос, прежде всего, финансовый. Военно-морской флот просит денег, и Трамп их находит. Только вот их выделение ещё надо обосновать. И тут в Пентагоне вспомнили про Ким Чен Ына, который и без того берет на себя роль раздражителя для конгрессменов. Цена вопроса — дополнительные $54 млрд ассигнований, которые Трамп пообещал Пентагону в бюджете на 2018 год.
Нужна страшилка, которая дорого стоит. Ведь американцам досконально известно, что КНДР не располагает ядерными боезарядами. Картинка получилась красочная. Вице-президент США Майк Пенс посещает границу КНДР и Южной Кореи, знаменитую 38-ю параллель, которая уже десятки лет обыгрывается Голливудом под разными ракурсами. Осматривает через бинокль позиции КНДР. Сюжет напоминает блокбастер 2013 года - «Штурм Белого дома», когда спецназ Северной Кореи захватывает резиденцию американского президента, угрожая нанести ядерный удар по Сеулу. И тут в игру вступает бравый вояка, которого играет Ченнинг Татум. Он в одиночку расправляется с боевиками, спасает президента США и остальной «демократический» мир. Что ни сделаешь ради новых миллиардных контрактов, не так ли?
Однако мотивация США не ограничивается финансами. КНДР граничит на севере с Китаем, который незамедлительно направил в зону потенциального конфликта 150-тысячную группировку. Мало ли что. Хотя даже самого поверхностного взгляда на ситуацию достаточно, чтобы понять - Вашингтон любой войне с Пекином предпочтет переговоры. Экономики двух стран взаимозависимы.
Ещё один нюанс: в 2016 году китайские инвесторы создали на территории США около миллиона рабочих мест. Другое дело — ситуация в Южно-Китайском море, где американская ExxonMobil разрабатывает шельфовые нефтяные месторождения совместно с вьетнамскими госкомпаниями. В этом смысле припугнуть Пекин — далеко не самая бесполезная задача для Вашингтона. Но и здесь китайцы непреклонны: в конце марта китайские военные самолеты совершили облет Парасельских островов, власть над которыми оспаривается Пекином и Ханоем.
Пришло время признать, что Пентагон ослабил хватку в Японии и Южной Корее. Подтверждением тому служит отказ Токио (в 2015 году) от 9 статьи конституции, где говорилось, что Япония «на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров». То есть правительство Синдзо Абэ переписывает правила игры, состряпанные на скорую руку американцами после 1945 года. Причем происходит это на фоне роста антиамериканских настроений. Лето 2016 года — яркий тому пример. Тогда 65 тысяч японцев вышли на акции протеста после череды изнасилований и убийств, осуществленных американскими военными (на Окинаве) в отношении гражданских лиц.
США и Японию объединяют страхи перед единой Кореей и сильным Китаем. Что касается самих жителей Корейского полуострова и Китая, то они не забыли резню, учинённую японскими оккупационными силами в годы Второй мировой войны. В этом смысле особая миротворческая миссия лежит на плечах России, которая занимает последовательную позицию, нацеленную на сближение двух Корей и ослабление западного военного присутствия в Восточной Азии.
Дональд Трамп, нагнетая обстановку вокруг Корейского полуострова, достигает сразу нескольких целей. Первая цель – внутриполитическая. Упрочнение позиций Трампа за счет жесткой конфронтационной риторики в отношении Пхеньяна и, соответственно Пекина, повышает авторитет президента среди своих нелояльных однопартийцев (неоконов или американских ястребов), которые исторически являются сторонниками жестких подходов, в т.ч. реального применения американской военной машины.
Во-вторых, обострение ситуации в регионе может послужить и инструментом давления на КНР в преддверии обсуждения новых договоренностей и соглашений сфере торгово-экономического сотрудничества и возможной «торговой войны» между Пекином и Вашингтоном. В конце концов, новый «корейский кризис» – удобный повод для обоснования расширения военной инфраструктуры США в Южной Корее и размещения американского комплекса ПРО THAAD.
Автор — директор Института стратегических исследований и прогнозов РУДН, д. полит. наук, член Изборского клуба
