Две Франции — Макрона и Ле Пен
Главная интрига президентских выборов во Франции — это вероятное противостояние во втором туре лидера «Национального фронта» Марин Ле Пен и бывшего социалиста, лидера движения «Вперед!» Эммануэля Макрона, историческая борьба между традиционализмом и постмодернизмом.
Если в начале декабря 2016 года, по разным соцопросам, Макрон набирал всего 16% и занимал третье место в предвыборной гонке, то сейчас, по некоторым данным, он даже опережает Марин Ле Пен уже в первом туре выборов. Во втором туре, по прогнозам, Макрон также возьмет верх над Ле Пен — 61% против 39% голосов.
Так кто же такой, этот Эммануэль Макрон, возможно, будущий президент Франции, чья итоговая победа еще пару месяцев назад казалась немыслимой?
Он отстаивает идеалы либертарианства, постмодернизма, экономического либерализма, углубления европейской интеграции, усиления наднациональных органов управления ЕС и широкий прием мигрантов с Большого Ближнего Востока.
«Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» — гласит известная поговорка. «Мозговой центр» Макрона — это консалтинговая компания Liegey Muller Pons, созданная после победы социалиста Олланда на выборах 2012 года тремя молодыми французскими политконсультантами: Гийомом Лиеге, Артуром Мюллером и Винсентом Поном. Французская пресса уже успела прозвать их «бостонцами», поскольку команда сформировалась в Соединенных Штатах Америки в 2008 году: Лиеге и Мюллер учились тогда в Гарварде, а Пон — в Массачусетском технологическом институте. За их плечами участие в успешной избирательной кампании Барака Обамы 2008 года и в президентской кампании Франсуа Олланда в 2012 году.
«Мы глобалисты. Понятие «границы» не имеет для нас никакого смысла», − заявил Артур Мюллер изданию Liberation в 2014 году. «Я живу в Лондоне, но плачу налоги во Франции, я пересекаю Европу вдоль и поперек, это абсолютная свобода», — вторил ему вслед Гийом Лиеге.
Команда Макрона, как и он сам, выражает умеренно левые либеральные пристрастия и гораздо ближе к американским демократам, чем французским социалистам, адептом которых недолгое время являлся Макрон в 2006–2009 годах.
При этом команда Макрона осторожно опускает актуальный для французских левых вопрос о социальной справедливости.
Известно, что за спиной Макрона стоит крупный финансовый капитал Франции в лице клана Ротшильдов, у которых он работал в качестве инвестиционного банкира в Rothschild & Cie Banque. Примечательно, что второй президент Пятой республики Жорж Помпиду до своего избрания был генеральным директором Банка Ротшильдов. История, похоже, повторяется. Большую поддержку «англосаксу» по убеждениям и евроатлантисту Макрону оказывают и бюрократы из ЕС, видя в этом социал-либерале последнюю надежду единой Европы.
Но если Макрон победит в этом году, улучшения российско-французских отношений совершенно точно не произойдет, вероятнее всего, они останутся на прежнем уровне времен правления Олланда, то есть в низшей точке. «Я хочу вести требовательный диалог с российскими властями, который позволит в рамках минского процесса добиться отмены санкций — но это предполагает выполнение условий процесса», — заявил Эммануэль Макрон на пресс-конференции по итогам презентации своей предвыборной программы. Он отметил, что для разрешения сирийского конфликта необходимо говорить с Россией, «как и с другими региональными авторитарными державами, с которыми мы не разделяем ценности, но которые являются незаменимыми партнерами в строительстве мира на Ближнем Востоке».
Другое дело — Марин Ле Пен, олицетворяющая иную Францию, консервативную и традиционную, уставшую жить в страхе от мигрантов в своем собственном доме и стремящуюся к союзу с Россией.
Политическая борьба во Франции всё больше напоминает противостояние Дональда Трампа и Хиллари Клинтон, где Трампа олицетворяет Ле Пен, а Хиллари Клинтон — Макрон, со штабом которой он контактировал. Какая из двух Франций победит, глобалистская или национальная, мы скоро узнаем.
Автор — франковед, доцент РАНХиГС, член Российского исторического общества
