Марко Боэми: «За Чайковского музыку писал Бог»

На завершившемся в Татарском академическом театре оперы и балета имени М. Джалиля Шаляпинском оперном фестивале гвоздем программы стала премьера оперы Петра Чайковского «Пиковая дама». За дирижерский пульт во время ее исполнения встал знаменитый дирижер Марко Боэми. В беседе с корреспондентом «Известий» итальянский маэстро раскрыл секреты своего мастерства и признался в любви к России.

— «Пиковая дама» — не первая ваша постановка в России. Вы работаете в нашей стране уже давно. Не пытались выучить русский?

— Чтобы продирижировать «Евгением Онегиным» или «Пиковой дамой», я немножечко подучил язык (смеется). Невозможно дирижировать произведением, когда не знаешь, о чем идет речь. Бывало, на репетициях исполнители предлагали мне свою трактовку, а я говорил: «Нет-нет. Вы должны использовать здесь другое слово и делать другой акцент».

Они удивленно спрашивали, не освоил ли я русский. «Нет, но я должен знать, что вы говорите», — отвечал я. К сожалению, по-настоящему заговорить на русском мне пока не удалось. Но это великолепный язык. Он так здорово звучит! Вообще я полюбил Россию всей душой.

— Партию графини на премьере исполнила солистка «Новой оперы» Александра Саульская-Шулятьева. Когда она пела, мне все время представлялась в этой роли Елена Образцова.

— Безусловно, Елена Образцова — фантастическая певица! Я дважды пересекался с ней на сцене. Однажды она как раз приезжала на Шаляпинский фестиваль в Казань. Был большой гала-концерт с очень известными солистами. И когда на сцену вышла пожилая дама, в зале зашептались: «Кто это?». А это была Елена Образцова. Из-за грима ее никто не узнал. Но она исполнила партию графини, и публика просто взорвалась аплодисментами. Люди стоя приветствовали Елену.

Когда я вспоминаю, как она пела, — мурашки по коже. Но Александра тоже хорошо поет. Ее графиня получилась намного моложе. Но разве это плохо? Графиня вовсе не обязательно должна быть 80-летней, как у Пушкина. В его времена пожилой считалась дама в 45 лет. А сейчас — это молодая женщина, согласитесь.

— «Пиковая дама» — эмоционально тяжелое произведение для исполнителей. Как вам далась работа над над этой оперой?

— Я два месяца был ежедневно погружен в эту оперу и каждый раз говорил себе: «Марко, Марко, не плачь. Сдержись». Особенно волнуют дуэт в финале первого акта и дуэт Лизы и Германа в самом конце. Когда я слышу эти номера, то думаю, что эту музыку создавал Бог. 

Если бы мне сказали: «Будут уничтожены все оперы, но ты можешь спасти десять», я бы безоговорочно включил в этот список «Пиковую даму». А если создавать мировой рейтинг самых трагических и трогательных оперных финалов, «Пиковая дама» попала бы в тройку лидеров.

— При жизни Чайковского отношение к его музыке было разным. Некоторые считали его, говоря современным языком, «попсовым» композитором.

— Но и сегодня встречаются критики, которые считают, что Чайковский и Пуччини — попса. Знаменитый оперный интендант Жерар Мортье говорил: «Возможно, сейчас Чайковский и Пуччини популярны, но в следующие 50 лет будут играть Яначека».

Я думаю, это слишком интеллектуальный подход к музыке. А еще скепсис зачастую связан с тем, что этих гениев просто плохо играют. Они были великими и владели мастерством прекрасно. В их нотах уже есть все акценты и краски. Исполнителю достаточно просто точно прочитать написанное.

— А вы точно прочли ноты Чайковского?

— Именно к этому я и стремился. Все детали и нюансы я проработал досконально. Порой музыканты меня спрашивали: «Маэстро, где вы эту идею увидели?». Однако это была не моя идея, а композитора.

— В вашем репертуаре есть опера Пуччини «Турандот». Композитор не успел закончить это произведение, поэтому театры используют разные финалы. Какой вариант предпочитаете вы?

— Мне, конечно, ближе версия Пуччини. Почти все его оперы имеют печальный финал. Только комическая «Джанни Скикки» заканчивается на веселой ноте. Вы думаете, он захотел бы видеть голливудский хеппи-энд в своей «Турандот» — такой веселый, «любовь-любовь»? Нет. Это противоречило его характеру.

Кто-то говорит, что композитор не мог найти финального решения для «Турандот». Он несколько раз переделывал финал, и ему все время не нравилось. Но в итоге всё осталось так, как планировалось — опера заканчивалась смертью Лиу. Мы в Казани поставили точную версию композитора. После смерти Лиу идет титр: «В этот момент перо выпало из руки композитора»...

Справка «Известий»

Марко Боэми окончил консерваторию Санта-Чечилия в Риме. В 1990 году дебютировал на фестивале Rovereto с оркестром «Виртуозы Santa Cecilia». Выступал в качестве оперного дирижера в театрах Токио, Рима, Парижа, Генуи, Лиссабона, Амстердама и Будапешта. Регулярно сотрудничает с Шаляпинским фестивалем в Казани, где под его руководством были исполнены «Лючия ди Ламмермур» Доницетти, «Аида», «Набукко» и «Трубадур» Верди, «Дон Жуан» Моцарта, «Кармен» Бизе, «Евгений Онегин» и «Пиковая дама» Чайковского.