Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Автосекретарь
beta
Выделить главное
вкл
выкл

Новость о создании в КНДР двух межконтинентальных баллистических ракет (МБР) мобильного базирования имеет несколько целей и адресатов.

Прежде всего появление такой информации накануне инаугурации нового президента США напрямую адресовано Дональду Трампу с целью: а) с самого начала правления ориентировать его на резко отрицательное отношение к КНДР и б) побудить сказать о решительной поддержке союза с Южной Кореей. Отсюда и сообщение о том, что северяне могут запустить такую ракету в день инаугурации нового президента США.

Второй адресат — население Южной Кореи и те органы этой страны, которые должны принимать решения по внутриполитическим вопросам, прежде всего связанным с судьбой импичмента президента, а также перспективам межкорейских отношений.

Дело в том, что некоторым политическим силам Южной Кореи сейчас очень нужно новое обострение отношений с Северной Кореей, чтобы сплотить народ вокруг действующего режима. За четыре года правления президента Пак Кын Хе по меньшей мере четыре раза внутри страны серьезно падал ее политический и личный рейтинг поддержки со стороны населения. И каждый раз, по крайней мере до осени прошлого года, рейтинг чудесным образом поднимался не из-за внутренних факторов, а за счет усилий правительства по укреплению безопасности страны и решимости дать отпор «провокациям Северной Кореи».

С октября прошлого года, когда началась история с так называемой «подругой» президента (история так называемого Цойсунсилгейта по аналогии с Уотергейтом в США в середине 1970-х годов, приведшим к отставке президента Никсона), правые силы жаждали любого неловкого военно-политического шага Северной Кореи, чтобы отвлечь внимание от скандала. КНДР никаких поводов для этого не дала, а у Сеула не было других аргументов для повышения своего рейтинга. Между тем в стране множились требования не только отставки президента, в конечном итоге приведшие к принятию решения парламентом об импичменте, но и требования справедливости и нормализации межкорейских отношений. Правым силам для нейтрализации этих требований очень нужно найти способ перенаправить общественную активность недовольных граждан на внешние факторы — в частности, на Северную Корею.

В военной составляющей сообщения агентства «Енхап» о двух МБР мобильного базирования мы видим каверзную подачу информации. Идет ли речь о том, что в Северной Корее имеются две единицы одной и той же мобильной МБР, или о двух типах таких ракет? Если речь идет о двух разных ракетах, то тогда можно говорить о больших достижениях КНДР в создании новой для них ракетной техники. А если речь идет о двух единицах ракеты одного и того же типа (например, две ракеты «Искандер» в России), то речь идет о двух экспериментальных ракетах, а не о серийных. В таком случае это всего лишь слухи, потому что их пока никто не видел.

В новогоднем обращении к народу руководитель КНДР Ким Чен Ын сказал, что страна находится на завершающем этапе подготовки к испытаниям МБР. Но не уточнил, о каком классе МБР идет речь. Военные специалисты сходились во мнении, что речь идет о жидкотопливной ракете с соответствующим подземным или наземным пусковым комплексом. До сих пор КНДР запускала спутники при помощи жидкотопливных ракет, причем с наземного открытого пускового комплекса, месторасположение которого известно всем странам и уничтожить который в случае необходимости не составляет особого труда. 

МБР мобильного базирования должна иметь твердотопливный двигатель, который поднимал бы ракету в течение нескольких минут. О том, что в КНДР имеется такая ракета ближнего и среднего радиуса действия, известно уже несколько лет. Тем более что она демонстрируется по телевидению на весь мир, появляясь по нескольку раз в год на военных парадах.

Что касается вопроса о балансе сил в Северо-Восточной Азии или в АТР, то этот баланс меняется в силу естественных причин, связанных с темпами, этапами развития стран региона. Это прежде всего рост экономической мощи КНР. Еще 20 лет назад КНР не входила даже в двадцатку мировых экономик, а сейчас по номинальному ВВП она занимает второе место в мире, а если взять за основу индекс покупательной способности, то и первое. Это дало возможность КНР укреплять свой военный потенциал и выйти на второе место в мире по военным расходам и на третье — по военной мощи.

Что касается КНДР, то, конечно, необходимо отметить ее крупные достижения в создании ядерного и ракетного вооружения. Но при этом нужно обязательно учитывать, что по обычным вооружениям в силу слабости экономики она не может противостоять ни одному государству из ближайшего окружения, тем более США.

Отметим, что весь ВВП КНДР, даже по завышенным данным ЦРУ США, составляет чуть больше $40 млрд, а, по данным Банка Южной Кореи, — менее $30 млрд. Военные расходы КНДР — при самой смелой фантазии — не могут быть больше $5–6 млрд. Военные расходы Южной Кореи — $35 млрд, а США на 2017 год — $617 млрд. При таком соотношении военных расходов КНДР может только обороняться от вторжения иностранных войск на свою территорию и уж точно ни на кого не нападать.

Автор — ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока

Прямой эфир