Социальная сфера как драйвер экономики
Один из двух активных центров экономических реформ — Столыпинский клуб — предлагает изменить подход к экономической и социальной политике правительства, чтобы последняя стала полноценным фактором экономического развития государства. Во вторник клуб представил концепцию своей «Стратегии роста», которая в январе ляжет на стол президенту Владимиру Путину. Конкретные предложения по реформам столыпинцы представят позже. «Известиям» первыми удалось ознакомиться с предложениями клуба по социальным вопросам.
Сейчас сложилась странная ситуация, когда соцрасходы считаются «черной дырой», с которой героически борется финансово-экономический блок правительства, объясняет идею глава экспертного центра при уполномоченном при президенте РФ по защите прав предпринимателей Анастасия Алехнович. Такое положение дел создает противостояние двух блоков правительства — социального и экономического. Первый традиционно просит денег, а второй их не дает.
Между тем расходы на социальную сферу являются драйвером экономического роста, при этом она серьезно недоинвестирована. В этом, кстати, сходятся как Столыпинский клуб, так и конкурирующий с ним Центр стратегических разработок экс-министра Алексея Кудрина. Последний ранее предлагал сделать бюджетный маневр в пользу образования и здравоохранения, а в долгосрочной перспективе нарастить расходы на них на 1% ВВП.
Всего клуб разработал восемь системных решений в социальной политике. Среди них — стимулирование притока частных инвестиций в соцсферу, фиксация расходов бюджета на нее в реальном выражении, синхронизация федеральных и региональных программ. Решения направлены на изменение самого характера социальной политики, которая должна признаваться «не безвозвратными субсидиями, а инвестициями в человеческий капитал, а значит, экономический рост и увеличение доходов бюджета».
Важным предложением является и изменение критериев эффективности системы (с таргетирования количества на таргетирование качества). Если сейчас, к примеру, в здравоохранении KPI установлены по числу пролеченных пациентов, то предлагается снижать показатели заболеваемости и смертности. Эффективность такой смены KPI, указывается в материалах Столыпинского клуба, уже подтверждена пилотным проектом в Ленинградской области, что позволило за три года снизить смертность населения на 9%, а заболеваемость — на 14%. За этот период дополнительный прирост ВРП составил 0,5%.
По расчетам участников межведомственной рабочей группы при Столыпинском клубе, усилия по снижению смертности могут привести к увеличению численности населения к 2035 году на 5,6 млн человек. В свою очередь, дополнительный прирост трудоспособного населения в возрасте 50–72 лет и повышение экономической активности позволят увеличить динамику ВВП в среднем на 0,5 п.п. в год.
Расходы на образование, по данным Казначейства, за 10 месяцев составили 500,6 млрд рублей, на здравоохранение — 401 млрд, а на социальную политику (сюда входят пенсионное обеспечение и социальная защита) — 3,8 трлн. Сегодня общие затраты на медицину — всего 3,3% ВВП, говорит заведующая кафедрой экономики и управления в социальной сфере РАНХиГС Лариса Габуева. При этом в прошлые годы в России они были на уровне 3,4–3,5%, а в развитых странах достигают 6–12%.
— Сейчас происходит некоторое снижение доли здравоохранения, либо это можно рассматривать как стагнацию, — констатировала она.
В этом году впервые за много лет бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС) был исполнен с дефицитом, напоминает эксперт. По оценке Ларисы Габуевой, Россия могла бы довести долю таких расходов до 6% ВВП. При этом успех сферы в будущем во многом зависит от того, удастся ли привлечь в нее частных инвесторов.
Однако любая реформа в социальной политике упирается в финансирование, признает Лариса Габуева.
— Социальные учреждения пока не научились зарабатывать. Все надежды по-прежнему возлагаются на бюджет, а бюджет в условиях нестабильной экономической ситуации, к сожалению, не может насытить систему так, как хотелось бы, — сказала она.
«Стратегия роста» в плане финансирования предлагает на первом этапе (до 2019 года) просто не снижать расходы на соцсферу, а в будущем делать инвестиции за счет тех средств бюджета, которые высвободятся после завершения программы перевооружения и выполнения майских указов.
Тем временем источник, близкий к Минфину, в беседе с «Известиями» заявил, что KPI по заболеваемости и смертности — не самая удачная идея. Он опасается, что в этом случае больницы, к примеру, будут просто отказываться срочно госпитализировать пациентов с высоким риском смерти, чтобы не портить себе статистику.
— Это может привести к тому, что лечить будут только здоровых — такое уже было, — уверяет собеседник «Известий».
Кроме того, по его словам, свободных средств в бюджете нет, а значит, реформа потребует либо его ребалансировки, либо перераспределения структуры социальных расходов. По его оценке, рост инвестиций в соцсферу мог бы поддержать рост ВВП, однако эффект от этого будет проявляться на горизонте 15–20 лет.
В пресс-службе МЭР «Известиям» сообщили, что знают о подготовке программы, однако пока ее проект в ведомство не поступал.
