Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Путин и Трамп в деталях не обсуждали гуманитарную миссию в Константиновке
Экономика
В ЦБ назвали условия для снижения ключевой ставки
Мир
Песков сообщил о финальной стадии согласования обмена пленными с Украиной
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Курск возросло до 11
Мир
Путин предложил обсудить энергетическую безопасность на трехсторонней встрече
Мир
Си Цзиньпин призвал полностью запретить и уничтожить ядерное оружие
Общество
Мосгорсуд отменил приговор Берестовому и отправил дело на новое рассмотрение
Мир
ЮНЕСКО рассмотрит поднятый Россией вопрос об убитых журналистах
Происшествия
Девять человек пострадали при атаке дронов ВСУ на Курск
Армия
Средства ПВО за сутки сбили восемь ракет «Нептун» и 268 дронов ВСУ
Общество
Аксенов сообщил о планах восстановить ж/д сообщение по Крымскому мосту к 16:00
Мир
Открытая часть встречи Путина, Трампа и Си Цзиньпина продлилась более 10 минут
Мир
Захарова опубликовала фото толпы ожидающих приезда Путина в Шэньчжэне
Происшествия
В центре Курска произошло задымление после атаки украинских БПЛА
Мир
Еврокомиссия подверглась крупной кибератаке
Наука и техника
На Земле 19 ноября произошла магнитная буря уровня G1
Мир
Актер сериала «Друзья» Ларри Пойндекстер погиб в ДТП в возрасте 66 лет
Общество
В Амурской области приняли закон о запрете продажи вейпов с марта 2027 года

«Надо напряженно работать»

Экономист Никита Масленников — о проекте новой Стратегии экономической безопасности России
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Совет безопасности России 7 декабря в целом одобрил проект Стратегии экономической безопасности России до 2030 года. Предыдущая программа, принятая еще в апреле 1996 года, выработала свой ресурс и, естественно, нуждалась в обновлении. Причина очевидна: глобальное хозяйство стремительно движется к нарастающей финансовой, макроэкономической, технологической и институциональной взаимозависимости. При этом каждый шаг в этом направлении сопряжен с растущими рисками для всех «участников движения». В ближайшие 10–15 лет облик экономического мира изменится кардинально. Достаточно напомнить о «новой индустриальной революции», которая во много раз повышает степень жесткости международной конкуренции и практически повсеместно ставит перед лицом «новой цифровой реальности» рыночные институты и регулятивные правила.

В этих обстоятельствах, чтобы не отстать, нужно соответствовать общемировому уровню экономических скоростей. Глобальный ВВП до конца десятилетия, по прогнозам, будет расти примерно в интервале 3,6–4,2%. Российский потенциальный темп (пока!) не превышает 1,5–2,0%. Между тем для уверенного исполнения государством уже принятых социальных, оборонных и прочих обязательств необходимо двигаться как минимум вдвое быстрее. Отсюда и задача, поставленная в президентском послании Федеральному собранию, — разработать четкий план действий, которые позволили бы к 2019–2020 годам обогнать темпы роста мировой экономики. Здесь же и корни фундаментального ответа, как подчеркивает Владимир Путин, на долгосрочные вызовы национальной экономической безопасности.

Естественно, что в основе новой стратегии должно лежать ясное понимание, как добиться, удержать и наращивать искомый результат. Точка зрения главы государства на этот счет предельно прозрачна.

Во-первых, поступательно повышать российскую конкурентоспособность в самом широком смысле слова. Участие в жесткой международной конкуренции — лекарство, абсолютно необходимое для укрепления и оздоровления отечественной экономики. Отрасли и компании, способные участвовать в формировании новых рынков, — тоже важный компонент в этой «рецептуре». Еще важнее качественное приращение в температуре делового климата, гибкость и эффективность системы госуправления, равно как и комфортные условия для бизнеса российской юрисдикции.

Деофшоризация — общемировой тренд, получивший, кстати, существенное ускорение несколько лет назад на саммите «группы двадцати» в Санкт-Петербурге. Но это опять-таки условие из разряда необходимых мотиваций к возврату капиталов и центров прибыли. А вот гарантии собственности и удобство юридического сопровождения экономической деятельности, особенно для сложно структурированных сделок, — это уже к вопросу об условиях безопасности предпринимательства в России. По этому поводу позиция президента тоже вполне убедительна и очевидна.

Во-вторых, конкурировать — значит предлагать миру нечто новое, отличное от углеводородов. $16,2 млрд от поставок агропродукции на внешние рынки, конечно, успех. Впрочем, это — экспорт, безусловно, не энергетический, но еще не до конца несырьевой. А рост несырьевого экспорта — действительно наш шанс. Все новые технологии — от мобильной связи 5G и искусственного интеллекта до всевозможной робототехники и печати 3D без «цифры» — это IT-отрасль, которой требуется общегосударственная программа поддержки. Но помимо нее есть биотехнологии, новые материалы и многое другое. Серьезный ресурс — своего рода неоконверсия оборонных производств: не менее трети выпуска в течение ближайших десяти лет должна составить высокотехнологичная гражданская продукция.

В-третьих, немалые риски обусловлены состоянием международной торговли. С 2008 года в мире принято почти 7 тыс. различных протекционистских мер. Вопрос о перезагрузке ВТО вот-вот станет предметом глобальной повестки. В том числе с учетом опыта, накапливаемого региональными интеграционными форматами, неизменно начинающимися со взаимного открытия рынков. У России уже немало инициатив на этом поприще, есть и ощутимое продвижение — например, ЕАЭС. Развитие этого потенциала — прямой вклад в нашу экономическую безопасность.

Мировые рынки по природе своей волатильны. Колебания конъюнктуры прямо сказываются на устойчивости государственных финансов, на вкладе денежно-кредитной политики в экономический рост. Снижать воздействие ценовых «качелей» на российские товарные и финансовые активы — еще одна сверхактуальная задача, которую предстоит решать и во взаимодействии с главными внешнеэкономическими партнерами, переходя на расчеты в национальных валютах, открывая в них кредитные линии и т.п.

Наконец, последнее — в перечне, но не по значимости: главный нервный узел ближайших десятилетий мировой экономики — Азиатско-Тихоокеанский регион. Практический вывод из этого — опережающее развитие дальневосточных территорий. По сию пору с этим дело складывалось не очень гладко. Исправление положения, как дал понять Владимир Путин, безусловный императив. Первый шаг — специальные разделы по Дальнему Востоку в государственных и федеральных целевых программах, которые должны формироваться с учетом перспектив нового российского позиционирования в глобальном хозяйстве.

Конечно, перечисленные подходы будут уточняться и детализироваться. Стратегия должна быть готова к 1 марта, комплексный план действий — к 1 июня. Как заметил Владимир Путин на заседании Совбеза, «в принципе все понятно, что и как нужно делать. Нужно только напряженно работать». 

Рекомендация более чем очевидная, поскольку безопасности никогда мало не бывает.

Автор — руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития

Все мнения >>

Читайте также
Прямой эфир