Чувственный пацифизм Франсуа Озона
Озорной провокатор Франсуа Озон в последние годы всё больше тяготеет к мелодраматизму, порой даже с налетом морализаторства. Впрочем, хулиганские рожки автора «Криминальных любовников» и «Бассейна» так или иначе проглядывают во всех его работах. И эта пикантность составляет, пожалуй, их главную прелесть. Не стала исключением и лента «Франц» (16+), представлявшая Францию на прошедшем Венецианском фестивале.
Десятилетие спустя после «Ангела» Озон возвращается к теме Первой мировой. Действие фильма разворачивается сразу после капитуляции Германии. Немецкая девушка Анна потеряла на войне жениха Франца. Однажды безутешная красавица замечает незнакомца, который приносит цветы на его могилу. Разговорившись с ним, Анна узнает, что Адриан Ривуар (так зовут юношу) дружил с ее возлюбленным, когда тот до войны учился во Франции.
Знакомые Анны принимают непрошенного гостя в штыки: он француз, а значит — враг! Однако постепенно родители убитого проникаются к Адриану сочувствием — его рассказы о совместных прогулках по Лувру и скрипичных занятиях радуют стариков. Анна же замечает, что рядом с Адрианом ей так же хорошо, как и с Францем, которому она собиралась хранить верность...
Поначалу кажется, что «Франц» — это добротное кино о пагубности войны и живительной силе любви, зарождающейся вопреки национальным обидам.
Режиссер не боится банальных, но проверенных решений: так, например, редкие вкрапления цвета в монохромную картинку символизируют пробуждающиеся чувства главной героини и моменты счастья.
Но те, кто знаком с ранним творчеством Озона, понимают, что без подвоха здесь не обошлось. И действительно, чем дальше, тем больше понимаешь, что в истории Франца и Адриана есть какая-то недосказанность.Нестандартный любовный треугольник «Франц — Анна — Адриан», где один из участников — мертвец, оказывается еще более оригинальным, чем это воспринимается на первый взгляд.
Как хорошее французское вино или деликатес мишленовского ресторана, «Франц» раскрывается не сразу, и послевкусие оказывается гораздо богаче и интереснее, чем непосредственные ощущения во время трапезы. Особо стоит отметить, что изысканность смыслового букета Озон не нарушает ни единой пошлостью или хотя бы откровенностью. Достаточно сказать, что это редкий для него фильм вообще без эротических сцен. На «Франца» можно смело привести девушку или свою бабушку и не краснеть во время сеанса.
Но самое удивительное, что Озон водит за нос не только тех, кто смотрит картину как честную пацифистскую мелодраму, но и тех, кто сразу подозревает типичный для режиссера провокационный поворот сюжета. Того самого ожидаемого хулиганства здесь как раз-таки нет (по крайней мере, в явной форме). Зато у фильма появляется новый смысл, доступный всем категориям зрителей: любая форма симпатии одного человека к другому может быть ничуть не менее благотворной и возвышающей, чем реальная взаимная любовь.
