Решение президента России приостановить выполнение соглашения с США об утилизации излишков оружейного плутония, а также сотрудничество в ядерной сфере произвело на мировую общественность, да и на наших граждан впечатление взорванной бомбы. В западных и отечественных СМИ заговорили о том, кто выиграл и кто проиграл от такой заморозки, чем это может кончиться и каковы вообще перспективы сотрудничества между Москвой и Вашингтоном в столь чувствительной области, как ядерная. Но почему-то мало кто обращает внимание (не исключено, что преднамеренно) на мотивы решения Владимира Путина по плутониевой договоренности, изложенные главой государства в законопроекте, направленном на ратификацию в Государственную думу. А там прозвучали очень важные вещи. Я бы даже сказал, ультимативные требования к вашингтонской администрации.
Вчитайтесь в эти слова. Приостановка соглашения, сказано в законопроекте, произошла «в связи с коренным изменением обстоятельств, возникновением угрозы стратегической стабильности в результате недружественных действий США в отношении России и неспособности США обеспечить выполнение принятых обязательств по утилизации избыточного оружейного плутония». И называются условия, выполнение которых может привести к возобновлению действия документа. Среди них — сокращение военной инфраструктуры и численности контингента войск США, размещенных на территории стран-членов НАТО, вступивших в альянс после 1 сентября 2000 года, до уровня, на котором они находились на день вступления в силу соглашения и протоколов к нему.
Кроме того, Вашингтону нужно отказаться от недружественной политики в отношении Москвы, которая должна выражаться в отмене «закона Магнитского» и направленного против нашей страны закона 2014 года о поддержке свободы Украины. Отменить все санкции, введенные в отношении отдельных субъектов России, отечественных юридических и физических лиц. Компенсировать ущерб, понесенный Россией в результате введенных санкций, включая наши потери от вынужденных контрсанкций в отношении США. И предоставить Москве четкий план необратимой утилизации плутония, подпадающий под действия соглашения.
Тон законопроекта и его содержание не оставляют сомнений в том, что терпение Кремля в отношении антироссийской политики Белого дома практически закончилось. Что называется, накипело! И своим решением глава российского государства объявляет США ультиматум, который, судя по всему, нынешняя администрация выполнить будет не в состоянии, да и не захочет. Вряд ли пойдет на требуемые изменения своей позиции и следующая администрация. Так что это, по всей видимости, своеобразное объявление холодной войны или попытка заставить Запад задуматься, готов ли он к новому витку серьезного противостояния с Россией. Оценил ли он все последствия такой политики?
Некоторые наблюдатели заметили, что заморозка соглашения с США по плутонию произошла в тот момент, когда Вашингтон разорвал отношения с Москвой по сотрудничеству в Сирии. Мол, это своеобразная месть русских за несговорчивость американской администрации по разделению поддерживаемой Пентагоном и ЦРУ оппозиции и боевиков запрещенной в России «Джебхат ан-Нусры», за резкую критику бомбардировок восточного Алеппо, где вместе с боевиками укрываются американские спецназовцы и их союзники по антиасадовской коалиции...
Но думаю, что это далеко не так.
Противоречия по Сирии длятся не первый год, и не было причин, чтобы искать здесь какой-то повод для заморозки соглашения по плутонию. Всё гораздо серьезнее. Просто действительно кончилось терпение. Надоело наблюдать, как некоторые деятели в американской администрации демонстрируют свою снисходительность по отношению к нашей стране, делают нам одолжение, заключая с Россией те или иные соглашения в самых высокотехнологичных областях науки и техники. При этом именно там, где есть их прямая выгода. А те направления науки и техники, которые интересуют нас, тут же попадают под самые разные ограничения. Так было с 1947 года, когда действовали правила КОКОМ, потом поправка Джексона–Вэника, которую сменил «закон Магнитского», билль о поддержке свободы Украины... Сейчас санкции в отношении отдельных субъектов нашей страны, ведущих оборонных фирм, банков... Сколько можно?!
Думаю, приостановка соглашения по плутонию — только первый демонстративный шаг, призванный заставить Вашингтон и его союзников по НАТО призадуматься о том, кому больше нужно сотрудничество. Во многих сферах, не только в области науки и техники. Не исключаю, что могут последовать и другие аналогичные шаги.
Например, выход России из Основополагающего договора Россия–НАТО 1997 года. На мой взгляд, он стремительно теряет свою актуальность. Брюссель не хочет договариваться с нами о сути определения «значительные контингенты войск, размещенные на границах». Они собираются разместить в Литве, Латвии, Эстонии и Польше по развернутому мотопехотному батальону в тысячу человек со всей необходимой им боевой техникой. Утверждают, что не «на постоянной, а на ротационной основе». Включают, как говорят в народе, дурочку. Смена контингента раз в полгода — это не постоянство? А тысяча штыков — это значительный контингент или нет? И еще вопрос — зачем нам играть с этими хитрованами в кошки-мышки? Не хотят сотрудничать — скатертью дорога. Обойдемся — опыт за годы холодной войны у нас накопился достаточный.
Да и с американскими санкциями нужно разобраться. В Госдуме раздаются голоса о том, что надо прекратить поставлять им ракетные двигатели с нашего «Энергомаша». Пусть, как обещают, делают свои. А то мы им — двигатели, а они нам — спутники разведки, которые выводят на этих двигателях в космос и следят за нами. А если вспомнить, что 40% конструкций самых больших самолетов в мире — Boeing 777, Boeing 787 — создано на отечественном титане, то и тут вопрос, пожалуй, можно поставить ребром... А там посмотрим, кто кого и где изолирует.
Автор, конечно, не за разрыв всяческих отношений с США и НАТО, нет. Но заставить уважать нас и наши национальные интересы все же стоит. Например, так, как это сделал недавно в законопроекте, направленном в Думу, президент.
Автор — военный обозреватель ТАСС, полковник в отставке
