Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Межправительственное соглашение по «Турецкому потоку» подписано. Именно отсутствие этого документа тормозило реализацию проекта до инцидента с Су-24. Его подписанием Россия и Турция заявили о намерении построить газопровод в кратчайшие сроки. Кроме того, начало строительства «Турецкого потока» может также существенно облегчить и продвижение «Северного потока-2».

Почти два года прошло с момента, когда было официально объявлено об отмене «Южного потока» и о замене его «Турецким потоком». Отмена произошла по известным причинам — постоянное затягивание европейской стороной реализации проекта. Помимо этого шансы на то, что проект все-таки удастся вывести из-под норм Третьего энергопакета, становились все более иллюзорными.

Смена направления на Турцию стала неожиданным ходом. Тем более что за этим шагом последовала и частичная смена идеологии проекта: «Газпром» не будет строить газотранспортную инфраструктуру на территории Евросоюза, сократив тем самым расходы. Европейским потребителям было предложено решать проблему доставки самим. Это, конечно, не отменяло возможности договориться. А ведь вопрос инфраструктуры отнюдь не праздный. Если за новые газопроводы не заплатят «Газпром» и его европейские партнеры, то кто тогда заплатит?

Ирония ситуации заключалась в том, что ЕС долгие годы доказывал «Газпрому», что либерализация рынка газа, которую нес с собой Третий энергопакет, идет ему на пользу, а «Газпром» доказывал, что эта система делает невозможной реализацию крупных газотранспортных проектов в Европе. И тот факт, что ряд проектов был выведен из-под норм Третьего энергопакета, подтверждал правоту российской стороны.

Постепенно стало ясно, что «Турецкий поток» может быть построен в усеченном варианте. Одна из четырех ниток «Южного потока» изначально была предназначена для рынка Турции — на сегодня второго по величине покупателя российского газа. Еще одна нитка могла бы обеспечить рынок Балканского региона почти без строительства новых мощностей. Дело в том, что сейчас Турция получает часть российского газа по южному коридору — через Украину и Балканы. А эти мощности можно использовать в реверсном режиме. Кроме того, на территории России была построена половина (первая очередь) газотранспортных мощностей, необходимых для подачи газа в «Южный поток». Соответственно эти мощности уже сейчас готовы для прокачки 31,5 млрд куб. м газа в год по «Турецкому потоку».

В ходе переговоров с Турцией двухниточный вариант становился все более предпочтительным. С одной стороны, шли жаркие обсуждения скидки на газ, с другой — затягивалось подписание необходимого в данном случае межправительственного соглашения. Сначала в Турции наступил политический кризис — пришлось назначить перевыборы. Затем «Газпром» договорился с европейскими компаниями о строительстве «Северного потока-2». Это сняло часть вопросов по поводу третьей и четвертой ниток «Турецкого потока». А в ноябре 2015 года произошло странное и в то же время страшное совпадение. В тот день, когда турецкая сторона собиралась объявить новый состав правительства, был сбит бомбардировщик Су-24М ВКС России. И отношения между нашими странами стремительно ухудшились. Проект «Турецкий поток» был заморожен.

За этим последовали сколь импульсивные, столь и далекие от реальности заявления турецких руководителей о том, что они найдут других поставщиков газа, которые смогут заменить Россию. Учитывая специфические отношения Турции с соседями, которые теоретически могли бы выступить такими «заменителями России», а также отсутствие необходимой инфраструктуры, шансов реализовать угрозы у Турции не было.

Кроме того, новый газопровод порождал для Турции массу выгод. Как прямых (экономия на цене газа, транзитные платежи), так и косвенных (усиление позиций в Балканском регионе). Было очевидно, что разморозка проекта — дело времени и доброй воли сторон.

С опаской зайдем на тонкий лед психологии и предположим, что начало реализации «Турецкого потока» окажет деморализующее воздействие на противников его северного собрата. То есть облегчится реализация «Северного потока-2». 

Но самое важное не это. 

Самое важное, что наша страна получит хотя бы частичную, но замену украинскому транзитному коридору, который несет с собой и политические риски, и риски чисто технических отказов из-за крайнего износа «трубы». Собственно, на решение этой проблемы направлены усилия «Газпрома» и его европейских покупателей. «Турецкий поток» увеличит надежность поставок.

В течение недели, пожалуй, стоит ждать громких заявлений оправившихся от шока после подписания межправительственного соглашения представителей европейского руководства. Однако что оно может сделать с газопроводом, который не идет по территории Евросоюза, кроме высказывания традиционных сомнений в перспективах проекта, его экономической обоснованности и политической благонадежности, — неясно. 

Зато ясно, что противостояние европейских политиков и европейской экономики на этом не закончится, так как «Газпрому» с партнерами еще предстоит решить вопрос поставок газа на север Италии (одного из главных потребителей по планам «Южного потока»), который станет актуальным после 2019 года. Возможно, проблема будет решена за счет совместного проекта с Грецией, но именно на этом поле Еврокомиссия может начать ставить палки в колеса. Действовать она может смело и безрассудно, так как в 2019 году, когда истекает срок транзитного соглашения с Украиной и когда должны быть готовы «обходные» газопроводы, полномочия нынешних членов ЕК истекут и отвечать за последствия их действий будут совсем другие люди.


Автор — заместитель генерального директора Института национальной энергетики

Все мнения >>

Прямой эфир