Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Посол Словении в РФ: «Южный поток» будет реализован

Посол Словении в России Примож Шелиго — о визите Владимира Путина в Словению в конце июля, отношениях между странами и перспективах возобновления «Южного потока»
0
Посол Словении в РФ: «Южный поток» будет реализован
Фото: РИА Новости/Алексей Никольский
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
15.0 96 Normal 0 false false false RU X-NONE X-NONE

В конце июля Владимир Путин отправится в Словению. Это третий визит в Европу российского главы государства в этом году, он приурочен к 100-летию русской часовни на Вршиче. О том, какие отношения связывают две страны, необходимости присутствовать на рынке в период экономического кризиса, о совместных проектах и возможности возобновления «Южного потока» «Известиям» рассказал посол Словении в России Примож Шелиго. 

 Какие мероприятия запланированы в ходе визита Владимира Путина в Словению?

— В 2016 году исполняется 100 лет со дня трагедии на Вршиче, где под лавиной погибло много русских заключенных, находившихся в рабочем лагере во время Первой мировой войны. Часовня на Вршиче была построена российскими военнопленными в память о гибели своих соотечественников. Сегодня она служит напоминанием о трагической гибели множества людей в один из мрачных периодов европейской истории. Мемориальная церемония проводится ежегодно с 1992 года с участием высокопоставленных лиц Словении и России. Словенско-российское сообщество совместно с городским сообществом Краньска-Горы все эти годы занималась уходом за часовней, и по их инициативе было решено проводить мемориальные церемонии. В этом году в мероприятии, которое состоится в конце июля, примут участие президент Словении Борут Пахор и президент России Владимир Путин. В прошлом году на церемонии присутствовал премьер-министр России Дмитрий Медведев.

Также планируется, что Владимир Путин посетит церемонию открытия памятника советским военным, которые погибли во времена Первой и Второй мировых войн.

Отмечу, что визит президента не является официальным или рабочим. Главы государств договорились между собой, что это будет пиететный визит. 

 Как вы оцениваете российско-словенские отношения?

— Отношения между Любляной и Москвой всегда были традиционно хорошие, открытых вопросов между нами нет. Что касается политических отношений, то несмотря на санкции, контрсанкции и не самые лучшие отношения Москвы с Брюсселем, нам удалось сохранить динамику политических контактов — от консультаций между министерствами до ежегодного проведения межправительственной комиссии. В этом году встречу межправительственной комиссии планируется провести в ноябре в Любляне. В середине июня наш министр иностранных дел Карл Эрьявец встречался в Москве с господином Лавровым. Хочу сказать, что Словения всегда была сторонником диалога, несмотря на любые сложности. 

 Что планируется сделать в рамках работы межправительственной комиссии в этом году?

— Будет подписан план дальнейшего сотрудничества между странами. Помимо этого, продолжается активная работа по 28 совместным проектам, которые включены в список важных для расширения двустороннего сотрудничества. В прошлом году был спад товарооборота на 30% — это связано не только с санкционной политикой, но и со снижением мировых цен на нефть и газ, и с разницей курса рубля. Но главное, что и в этих условиях есть динамика развития. Я всегда говорил, что в какой бы стране кризис ни происходил — а я помню и российский кризис 1998 года — те предприятия, которые оставались на рынке в этот период, после получали только плюсы. Сейчас ситуация не изменилась — нужно подождать два-три года, потом будет лучше. Самое главное, что словенские предприятия не ушли с российского рынка. 

 То есть ваш прогноз  через три года кризис закончится?  

— Я бы, конечно, хотел, чтобы он уже закончился. Но, думаю, что примерно в такие сроки.

 Вы сказали про снижение товарооборота на 30%. А конкретные цифры можете назвать?

— Только из-за запрета поставок молока и молочной продукции Словения потеряла около 10 млн евро, то есть это прямой ущерб. Конечно, еще проблема заключается в отсутствии длинных денег у российских предприятий. Если бы был «живой капитал», общая цифра, наверное, была бы меньше. Потому что интерес есть, а потом начинаются проблемы, где брать деньги. Но каждый кризис открывает новые возможности.

 Расскажите про 28 совместных проектов подробнее. Каких областей они касаются?

— Телекоммуникаций, инжиниринга, сельского хозяйства. Еще есть те, которые пока не подписаны, о них я умолчу. Словения — маленькая страна, и у нас не так много предприятий, которые могут работать на экспорт. Однако надо сказать, что сейчас отношения уже развиваются не на покупке-продаже, а на трансферах, совместных проектах, что очень правильно.

Наиболее известное предприятие — это наша фармацевтическая компания КРКА, которая еще со времен бывших Югославии и Советского Союза присутствует на рынке. Недавно был построен второй завод КРКА близ Москвы.

 Между российскими и словенскими предприятиями достаточно крепкие связи еще с советских времен. Все, кто работал на Запад, были впоследствии подмяты немецкими и австрийскими предприятиями. А те, кто работал с Россией, СНГ, по-прежнему это делают. Эта тенденция сохранится и дальше?

— Думаю, что да. Более того, в прошлом году между нашими правительствами был подписан Меморандум о совместной работе предприятий на рынке третьих стран. Это и Центральная Азия, и страны Африки. Думаю, что в этом году уже можно будет говорить о каких-то совместных проектах.  

 Это касается и «АвтоВАЗа»?

— До сих пор PPG-Helios (предприятие занимается разработкой и продажей лакокрасочной продукции для автомобильной промышленности. — «Известия») хорошо работает в России, контракты с «АвтоВАЗом» сохранились.

 Россия является для Словении привлекательным инвестиционным рынком?

— Интерес есть, но опять же всё упирается в отсутствие длинных денег. А еще до сих пор между странами не ратифицировано Соглашение о поощрении и взаимной защите капиталовложений, переговоры длятся уже достаточно долго (документ был подписан в апреле 2000 года. — «Известия»). Почему этого не сделано, сказать сложно, это упирается в законодательство Евросоюза. 

 Ведутся ли переговоры о возобновлении проекта «Южный поток»?

— Соглашение между Москвой и Любляной до сих пор остается в силе, переговоры были долгие, и я принимал в них участие. Я никогда не верил, что проекта на 100% не будет, но подчеркну, это лично мое мнение. Сейчас идут разговоры, что проект могут возобновить. Но если между Анкарой и Москвой будут восстановлены такие же отношения, что и были, то возможен вариант и с возобновлением «Турецкого потока». Какой из вариантов в итоге будет, пока сказать сложно. Но Словения, конечно, никогда не отказывалась от «Южного потока», с нашей стороны есть интерес. С проектами такого масштаба прогнозировать что-то сложно. Официальные переговоры по этому поводу не ведутся. Но я думаю, что через какое-то время проект всё же будет реализован. 

 А какую позицию Словения занимает в отношении мигрантов в Евросоюзе?

— В этом году эта проблема не так актуальна, как в прошлом, — через страну прошли 700-800 тыс. мигрантов. Людей, которые остались, мы потихоньку интегрируем в общество, их дети уже пошли в школы. Но, конечно, это сложный вопрос — другая культура, другой менталитет и всё остальное. Надеюсь, что получится их интегрировать. На 18 июля в Словении в центрах размещения находится 19 человек, в доме по предоставлению  территориального убежища — 249, в кризисном центре для молодежи — 7, расселенных — 14. Итого — 289 человек. В период с 17 сентября 2015 года по 7 июля 2016 года включительно в Словении было подано 753 обращения о предоставлении международного убежища, из них 34 — по «Плану перемещений». 

 До Москвы вы работали в Киеве. Где было сложнее?

— Это достаточно сложный вопрос. Мне трудно сравнивать, но могу сказать, что и на Украине, и в России достаточно интересно.

Комментарии
Прямой эфир