Весьма неожиданные итоги британского референдума о выходе из ЕС немедленно ударили по мировым рынкам, в том числе по рублю и ценам на нефть. Хотя Великобритания крупный добытчик нефти, запущенный процесс и резкость движений цен на сырье и валютных пар вызвал у многих недоумение. Но для таких движений (если не по скорости, то по масштабу) есть вполне объективные причины.
Победа сторонников выхода нанесла сильный удар по непоколебимости Евросоюза. Статьи, описывающие выход конкретных стран из ЕС, были мертвыми с момента их принятия — как статья Конституции СССР о праве союзных республик на самоопределение. Первая же попытка ею воспользоваться спровоцировала цепную реакцию, приведшую к развалу страны.
Вечный союз оказывается не столь вечным и стабильным.
Однако как раз для Евросоюза выход Великобритании, всегда стоявшей особняком, может оказаться весьма полезным. Британия почти всегда тормозила решения по унификации финансового надзора и экономической политики, никогда бы не одобрила даже минимальные шаги на пути к созданию общеевропейской налоговой системы. Сохранение собственной валюты в крупнейшем финансовом центре Евросоюза ослабляло влияние ЕЦБ. При выходе страны из ЕС даже по самому мягкому варианту, «чтоб было как в Норвегии» (следование почти всем правилам, свободное движение людей и рабочих мест, но неучастие в политических институтах), на одного, самого крупного, отщепенца будет меньше.
Ослабление евро и фунта также может стимулировать анемичный рост в еврозоне и Британии. Слабая валюта стимулирует экспорт товаров и услуг, приток инвесторов и туристов, и если текущее ослабление сохранится, то хотя и краткосрочный рост будет обеспечен — в том числе для «коренной» части ЕС (Германии, Франции, Италии). Перевод части рабочих мест из Лондона в Дублин или Франкфурт также не повредит германской или ирландской экономикам. В итоге буйство рынков может пойти на пользу.
Для российской экономики проблемой является рост нестабильности, который стимулирует уход в долларовые активы из сырья и рубля. С ростом нестабильности будут вынуждены смириться и условный Запад, и страны БРИКС. Однако слабый рубль не слишком большая проблема, особенно когда он стоит значительно крепче, чем в начале года. Слабая валюта помогает экспортерам и бюджету, а также ограничивает импорт, давая позитивный эффект. Оценки потерь России от Brexit переоценивают немедленные последствия и недооценивают косвенные плюсы для экономики и снижение давления на бюджет. А для снижения утечки капитала сохранение санкций значит куда больше, чем европейские дрязги, а снижение веса весьма агрессивно настроенной Британии повышает вероятность смягчения санкционного режима.
Кроме того, форма выхода потребует очень длительных согласований. В палате общин (а процесс выхода должен быть одобрен парламентом) за сохранение членства Великобритании в ЕС выступает примерно 70% депутатов. Конкретные сроки для выхода также не определены, и комментарии из Брюсселя пока скорее создают шум. Надо помнить, что в рамках неписанной британской конституции референдумы носят рекомендательный характер. Поэтому после получения новых послаблений от ЕС (или Германии и Франции) по вопросам миграции и взносов в общеевропейский бюджет будет проведен новый референдум, который даст желаемый бизнесом и политической верхушкой результат. Во Франции было несколько референдумов, которые достигали результата с другой формулировкой вопроса. Повторный референдум на отрезке в 3–4 года (возможно, одновременно с выборами в парламент 2020 года) с более широким меню или же четко прорисованными уступками для Британии, на мой взгляд, наиболее вероятный сценарий. Время на стороне сторонников статус-кво — чем моложе и образованнее избиратели, тем больше доля сторонников сохранения Британии в ЕС.
Автор — доцент НИУ ВШЭ
