Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Российский iTunes начинался с Елки и Лепса. Сейчас ситуация меняется»

Лидер группы Therr Maitz Антон Беляев — о соперничестве с Rammstein, «Евровидении» и проекте «Голос»
0
«Российский iTunes начинался с Елки и Лепса. Сейчас ситуация меняется»
Фото: РИА Новости/Виталий Белоусов
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

19 июня на столичном стадионе «Открытие Арена» пройдет один из наиболее значимых российских музыкальных фестов — «Максидром». Хедлайнером одной из трех фестивальных сцен станет отечественный коллектив Therr Maitz, лидер которого Антон Беляев фактически произвел рестарт своей карьеры после успешного участия во втором сезоне телешоу «Голос». Перед «Максидромом» Антон пообщался с обозревателем «Известий».

— Вы хедлайнеры одной из сцен. Но понятно, что основная масса зрителей не к вам, а на Rammstein. Что делать Therr Maitz в данном случае?

— Никаких сомнений у нас нет. Мы бесстрашные. Rammstein — настолько масштабная поп-тема, несмотря на их причастность к рок-музыке, что нам незачем переживать о соседстве с ними. Важно самим выступить хорошо и красиво. Хотя наверняка какие-то спины зрителей нам придется увидеть — у нас с немцами выступления внахлест.

Я вот совсем недавно на фестивале Primavera Sound в Барселоне наблюдал, как 100 тыс. человек послушали Radiohead и двинулись к выходу, когда вышла следующая группа. Ее солист смотрел на уходящих печальным взглядом. А я не переживаю по этому поводу, поскольку сам факт нашего присутствия в одном шоу с Rammstein уже некий fun.

— И часть промоушена для Therr Maitz, не так ли?

— Отрицать это нелепо. С другой стороны, мы за минувшие пару лет выступили практически на всех значимых российских музыкальных фестивалях. А в этом году нам почти негде сыграть для большой аудитории. Наши поклонники между тем спрашивают о таких выступлениях, ждут их. Поэтому, когда предложение от «Максидрома» поступило, мы не думали ни о чем, кроме того, что вот оно — место, где мы можем выступить для большого числа людей, не нанося ущерб собственной репутации. 

— Те, кто внимательно следит за развитием Therr Maitz, замечают, что на группу влияют те или иные команды и стили: Radiohead, UNCKLE, Disclosure и др. Для вас действительно важны какие-то ориентиры?

— Опять же, полностью отрицать чье-то влияние было бы странно. Мы живем в мире, где сейчас очень сильное информационное поле. Как его игнорировать? Только если чем-то уколоться, отключить все гаджеты, телевизор, радио и пару лет не выходить из дома. Но целенаправленно мы ни на кого не ориентируемся. Если у нас все-таки попадаются в композициях пересечения с кем-то, то это просто отражение глобальных музыкальных тенденций. 

— «Фирменное» звучание и англоязычность Therr Maitz могут сделать вас кандидатами на участие в «Евровидении». Еще не «мучили» тебя по этому поводу?

— Я не поеду на «Евровидение» железобетонно. Это очень форматированный конкурс, в котором я просто не смогу себя проявить. Не умею многократно выходить под минусовую фонограмму и петь «с душой». Если я знаю, что клавиши нажимаются вхолостую, а барабанщик не играет, а имитирует игру, боюсь, что не смогу в этом вариться.

— Сейчас ты уже оценил, много ли новой публики принес тебе «Голос»? 

— Многие из тех, кто пришел к нам после «Голоса», не были подготовлены к нашей музыке. Мы их пытались как-то подготовить еще на проекте, когда я подбирал определенные тембры, и потом, когда запустили в интернет и на радио свою самую нежную песню. Но всё равно было понятно, что на первые после «Голоса» концерты Therr Maitz некоторые приходили, именно чтобы увидеть «харю из телека».

Они посмотрели и, к счастью, не все из этой категории быстро ушли. Многие с нами остались. Интерес есть. Мы в этом году, например, заполнили столичный «Крокус Сити Холл» еще плотнее, чем сразу после «Голоса». 

— Вы стали лучшими в российском iTunes по итогам прошлого года. Тебе удалось в полной мере почувствовать «монетизацию» такого результата?

— Прежде всего это прямой индикатор нашей востребованности. Возьмем историю с нашим новым синглом «365». Мы не делали по его поводу никаких специальных акций типа выкладывания в разделе «горячие хиты» или нечто подобное. Она просто появилась на данном ресурсе и в тот же день попала в число топовых. То есть мы видим, что люди на наше творчество реагируют. А «монетизация»… Естественно, здесь речь не о таких деньгах, как у западных артистов, но на эти суммы можно кое-что сделать. В Испании, например, хорошо отпуск провести и еще в какую-нибудь страну съездить. Машину купить можно… Но сказать, что это фундамент нашего бизнеса, увы, нельзя. Пока в России нет таких оборотов. Но я помню, с чего начинал российский iTunes: там были Елка и Лепс. Сейчас ситуация меняется. 

— В одной из соцсетей у твоей супруги Юлии в ответ на вопрос о политических предпочтениях написано: «монархические». У тебя-то ответ на это — «безразлично».

— А я сегодня с ней разберусь (смеется). Уточню, как всё обстоит на самом деле. Вообще у нас весь коллектив достаточно иронично относится к таким вещам. Напрямую все эти предпочтения сейчас на нашу жизнь никак не влияют. А любое втягивание в подобные разговоры заканчивается ничем. Я позволил себе единственный эмоциональный выплеск в Instagram, и касался он не политических взглядов, а минувшего «Евровидения».

Написал пост о том, как российское и украинское экспертные жюри, где были люди, которые профессионально занимаются музыкой, вместо того чтобы созвониться и договориться дать Джамале и Лазареву по 12 баллов, показать, что вопреки обстоятельствам есть нормальные человеческие отношения, сделали всё наоборот и проигнорировали друг друга. Я был в гневе. Это демонстрация чего? По-моему, маразм просто.

— Еще у вас с супругой, кажется, общая тяга к фэнтези, фантастике. Это как-то отражается на твоем творческом процессе?

— Не знаю… Но мне нравится отвлекаться от действительности литературой про другие миры и т.п. В моем детстве большой ажиотаж вызывал американский фильм «Детки», где били людей битами по голове, пили пиво, кто-то СПИДом заразился и пр. Я не понимал, чего тут особенного? Все это я могу найти в соседнем подъезде. А с помощью литературы, кино, музыки я стараюсь немного уйти от реальности. Поскольку активно использовать для этой цели наркотики и алкоголь я не готов, то спасает беллетристика.

Комментарии
Прямой эфир