Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Неожиданно в мае из недр комитета Госдумы по бюджету и налогам всплыл законопроект, призванный способствовать «развитию арт-рынка».  

Против законопроекта выступило все профессиональное сообщество, в том числе советник президента Владимир Толстой и президент Союза музеев России Михаил Пиотровский. Были даны отрицательные заключения комитета по культуре и профильного министерства. Но авторы законопроекта не посчитали нужным прислушиваться ни к чьему мнению, спешно его продавили и буквально за три дня проект был принят в первом чтении.

Такое развитие событий могло стать возможным только в результате лоббирования, причем лоббирования, осуществленного самым наглым и циничным образом.

Действующий закон «О ввозе и вывозе культурных ценностей» был принят в 1993 году. Существенные ограничительные меры по ввозу и главным образом по вывозу нашего культурного наследия на тот момент были продиктованы реалиями постсоветской действительности, когда бесконтрольно продавались и вывозились из страны ценнейшие произведения искусства.

На сегодня закон 1993 года действительно устарел и давно нуждается в новой редакции.

Но обвинения в адрес комитета по культуре в том, что работа в этом направлении якобы не велась, — несправедливы. Еще в 2014 году была предложена новая редакция закона, а совсем недавно совместно с Министерством культуры был разработан законопроект, который можно считать наиболее приемлемым и отвечающим последним требованиям и профессионального сообщества, и законодательства. К слову, сейчас наши разработки внесены мной и Еленой Драпеко в виде поправок ко второму чтению.

А вот законопроект от бюджетного комитета никак не соответствует ни требованиям профессионального сообщества, ни требованиям законодательства. Прежде всего авторы проекта путают предназначение закона, который они намерены изменить. А ведь это очень важно, так как его действие направлено не на развитие арт-рынка, а на то, чтобы обеспечить охрану культурного наследия, что является важнейшей задачей государства.

Кроме того, в предлагаемом законопроекте есть целый ряд норм, против которых мы выступаем и которые ни в коем случае нельзя принимать. 

Сейчас в соответствии с решением коллегии Евразийской экономической комиссии вывезти из России предмет культурного наследия можно или по лицензии (выдается Минпромторгом по согласованию с Минкультом юридическим лицам), или по разрешению от Минкульта (выдается физическим лицам). Между тем законопроект предлагает разрешать вывоз и юридическим, и физическим лицам на основании свидетельства Минкульта, если произведение искусства старше 100 лет, и некоего уполномоченного органа, если возраст вывозимого предмета меньше 100 лет. Это прямо противоречит решению коллегии ЕАЭС. 

Кроме того, нам непонятно, что это будет за уполномоченный орган и кто будет входить в его состав. Я вообще считаю, что у нас в стране должна быть единая организация, контролирующая вывоз объектов культурного наследия, и этой организацией должно быть Министерство культуры. 

Во-вторых, вызывает возмущение предложенное определение «культурной ценности», противоречащее и международному, и российскому законодательству, а также вводимый для этой ценности «возрастной» порог. Фактически законопроект предлагает считать культурной ценностью только предметы старше 100 лет. Определить же ценность более молодых произведений искусства предлагается правительству, которое должно выработать соответствующие критерии.

Хочу напомнить авторам этого документа, что соотносить значимость и ценность предмета искусства с его возрастом недопустимо и также противоречит международному законодательству.

А что делать с предметами, чья точная дата создания не установлена? Предлагаемые нормы являются абсурдными и преступными, создают риск необъективности их толкования и способствуют развитию коррупции.

Учитывая, что разрешение на вывоз для ценностей моложе 100 лет будет носить практически уведомительный характер, можно предположить, что это приведет к их бесконтрольному оттоку за пределы страны. Готовы ли авторы законопроекта в этом случае взять на себя персональную ответственность?

Помимо этого предлагается создать ведомственную комиссию, которая и будет вести возрастной реестр ценностей. При этом авторы настаивают, что финансовых затрат принятие проекта не потребует. Но, безусловно, создание такой комиссии ляжет тяжелым бременем на Министерство культуры и потребует и дополнительных расходов, и человеческого потенциала. Отмечу, что, к сожалению, при всех позитивных сдвигах за последние годы культура по-прежнему остается самой недофинансируемой отраслью. Таким же бременем для министерства станет и предлагаемая аттестация экспертов по ценностям. Тем более остаются вопросы, кто будет проводить аттестацию, какими актами будет регулироваться эта деятельность и не создаст ли это условия для развития коррупции в данном секторе? Вопросов больше, чем ответов.

Я бы не хотел оставить без внимания и тот факт, что реестр объектов, составляющих государственное культурное наследие, уже существует. А законопроектом по сути предлагается посчитать и то, что находится в частных коллекциях, что является а)невозможным б)противоречит здравому смыслу.

Мы не имеем права требовать от частных лиц предоставлять нам такую информацию.

В комитет по культуре поступило уже много писем от коллекционеров, где они высказывают опасения, что данный законопроект затрагивает их частные интересы.

Подводя итог, настаиваю, что подобные, пусть и назревшие, но резонансные изменения ни в коем случае не должны приниматься так поспешно, тем более — не учитывая мнения экспертов и профессионалов. Все предложения должны быть тщательно взвешены и проанализированы, так как принцип Гиппократа «Не навреди» целиком и полностью можно отнести и к деятельности депутатов.

Автор — председатель комитета Государственной думы по культуре

Все новости >>

Комментарии
Прямой эфир