Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Он почти пел свои стихи, но с грозным орлиным клекотом»

Друзья и коллеги — о жизни и творчестве петербургского поэта Виктора Сосноры
0
«Он почти пел свои стихи, но с грозным орлиным клекотом»
Фото: vavilon.ru
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Исполнилось 80 лет Виктору Сосноре, одному из самых известных и уважаемых поэтов не только в России, но и за рубежом. Виктор Соснора живет в Санкт-Петербурге. К сожалению, из за болезни он не общается с прессой. Но специально для «Известий» поэты, критики и литературоведы рассказали о мастере.

 Александр Переверзин, поэт, издатель:

— Соснора — один из самых уважаемых современных поэтов. Он вошел в литературу вместе с шестидесятниками, но в отличие от большинства из них в XXI веке публиковал книги, имеющие большое влияние на нынешнее поколение молодых литераторов. 

Соснора рассказал о средневековой Руси, как до него не рассказывал ни один поэт. Дмитрий Лихачев в предисловии к сборнику Сосноры «Всадники» (1969) писал,  что эта книга разрушает все исторические шаблоны.

Соснора дружил с музой Владимира Маяковского Лилей Брик. Она очень ценила талант поэта. Будучи старше его на 45 лет, в письмах всегда обращалась к нему на вы и по имени-отчеству: «Дорогой Виктор Александрович <…> Поэт вы удивительный, ни на кого не похожий. Надо стараться, чтобы это поняли. Ради бога, ничего не уничтожайте! И не «подводите итоги» — слишком рано! А уничтожить под влиянием минуты можно много хорошего».

 Андрей Арьев, литературовед:

— Виктор Соснора имел совершенно авантюрную судьбу. Когда он был семилетним мальчиком, его несколько раз доставляли в гестапо, потому что, как он говорит, он был похож на еврейского ребенка, жил в партизанском отряде. На его глазах фашисты расстреляли весь отряд. Конечно, это ужасно. Но, с другой стороны, многое дало его творчеству. Может быть, отсюда привычка к самостоятельности.

Виктор Соснора сейчас ничего не слышит, и общаться с ним можно, только если писать на бумажке. Но мы знакомы более полувека, и я помню, как упоительно он читал стихи! Он почти пел, но с грозным орлиным клекотом.

Михаил Яснов, детский поэт:

— Молодые поэты боготворили Соснору. В 1970-е, во время работы конференций молодых писателей Соснора вел поэтический семинар, на который просто ломилась молодежь. Я сам участвовал в нем и помню его замечательное отношение к молодым поэтам, которых он пестовал. Он собирал вокруг себя незаурядных авторов.

У Сосноры была особенная звуковая манера чтения. Он интонировал звучание стиха необыкновенным образом — так, что обнаруживались все внутренние созвучия. Они могли спрятаться от глаза, но ухо их вытаскивало.

Соснора писал и детские стихи. Они ходили по рукам. Например, такое:

Жалуется жук драчунам-грачам:

— Я всю жизнь жужжу. Не могу кричать.

Говорят грачи:

— Уж такая жизнь. Мы себе кричим. Ты себе жужжишь.

Лилия Газизова, поэт:

— У Сосноры необыкновенная внешность. Аристократическая, выделяющая, привлекающая внимание. В своей поэзии он использует славянские мифы и славянский язык, но при этом выглядит не русским поэтом «от сохи», а рафинированным городским жителем.

Соснора помогал начинающим поэтам узнать себя. Самое большое впечатление на меня произвела книга «Песнь лунная». Мне было лет 18. Я была под таким впечатлением, что написала ему. Удивительно, что Соснора ответил. Через некоторое время мы даже встретились в Москве, общались, гуляли по городу... Потрясающим казалось то, что бывают другие стихи, отличающиеся от поэзии, которая преобладала вокруг.

Алла Насонова, директор издательства «Детгиз»:

«Хорошо поговорили насекомое с животным» — так звучит одна из самых знаменитых «детских» строчек Сосноры. 

Два года назад у Виктора Сосноры вышла «Книжка для мышек и для детишек любого возраста», собравшая стихотворения, написанные за 30 лет. Строго говоря, Соснора не писал специально для детей. Но у него есть вещи, которые можно читать детям. Это очень глубокие философские стихи с ярко выраженным игровым началом. У Виктора Сосноры нет детей — ни своих, ни приемных. Надо полагать, что героем всех стихотворений был сам поэт — таким, каким он был в детстве.

Ольга Воронина, критик, поэт:

— Самое интересное, что Виктор Соснора — мастер спорта по прыжкам с трамплина. Его путь — «серпантин Феникса». «В процессе дальнейших писаний я регулярно сжигал стихи и прозу», — писал он. Удивительно его нелинейное движение от премии Андрея Белого (за заслуги, но с привкусом того самого — пограничного между официозом и андерграундом — яблока) к «Поэту» — российскому национальному (с весомым призвуком фанфар). Пьяный Ангел между крыльями и лирой (он мне вспоминается прежде всего) с почерком столь легким, что того гляди пеплом осыплется...

Данила Давыдов, литературовед: 

— Знакомиться с творчеством Сосноры лучше всего с прозы. Его синтаксис и поэтика непросты и требуют читательской сноровки. Соснора одновременно и легальный, и андерграудный поэт. Он публиковался при советской власти, некоторые тексты были событием внутри официального литературного поля. Например, фантазия на тему «Слова о полку Игореве», которая вызвала разнообразные дискуссии.

В советское время ни одна книга Сосноры не вышла в авторском замысле. Они подвергались цензуре — самой гадкой, смысловой, касающейся композиции стихотворений. При этом Соснора — автор, который пишет книгами. Для него принципиально мышление книгой как неким целостным композиционным жанром. Он умудрился синтезировать авангард, древнерусскую литературу и иронические наблюдения.

Комментарии
Прямой эфир