Три коалиции против одного врага

После инцидента с российским самолетом, который произошел в районе сирийско-турецкой границы, отношения между Москвой и Анкарой продолжают ухудшаться.

Как мы и предполагали в нашей предыдущей статье, российское руководство выдвинуло Турции условия, идентичные тем требованиям, которые были предъявлены Анкарой Тель-Авиву после штурма судна «Мави Мармара»: извинения, компенсации, наказание виновных.

Турция полностью отвергла эти условия, заявив, что сбила самолет законно.

В результате отменены ранее запланированные визиты, совет сотрудничества высшего уровня, судя по всему, перестает работать, Москва в одностороннем порядке вышла из безвизового режима и наложила санкции на целый перечень турецких товаров. Закрыт целый ряд турецких научных и культурных центров, высказывались даже предложения о запрете демонстрации турецких сериалов по телевидению.

На фоне санкционного противостояния разгорелась информационная война. В России вспомнили Турции всё, от русско-турецких войн до торговли нефтью ИГИЛ и тяжелой судьбы русских девушек, выскочивших замуж за турок.

СМИ Турции, молчавшие всё это время и о Крыме, и о Сирии, теперь соревнуются друг с другом в обвинениях в адрес «агрессивной политики России на Ближнем Востоке», приписывая нам геноцид туркменского населения, убийства детей и даже поставки оружия группировке ИГИЛ. На фоне отнюдь не дружественных заявлений официальных лиц становится ясно, что обе стороны приготовились к затяжному конфликту, в котором ни одна не намерена сдаваться или отступать.

В основе этого конфликта лежат разногласия по Сирии. Турция не намерена отдавать России и Ирану территорию, в которую за последние 4 года было вложено значительно более $10 млрд. Казалось, еще чуть-чуть, и Асад падет. Однако появление в небе над Сирией российских ВКС нарушило все честолюбивые планы Анкары. Договориться по Сирии сторонам не удалось: слишком велики оказались расхождения.

По мнению Турции, основной причиной гражданской войны в Сирии является ее руководство, смена режима в Дамаске поэтому — главная задача Анкары. Не менее опасным противником в Турции считаются также сирийские курды. Борьба с ИГИЛ, таким образом, отходит на второй план. Наилучшим решением всех проблем, по мнению турецкого руководства, было бы приведение к власти протурецкой «Национальной коалиции» (НКСОРС), которая сможет самостоятельно справиться с ИГИЛ и курдами.

В случае успеха Турция планировала принять активное участие в восстановлении Сирии и освоении запасов углеводородов страны. Кроме того, территория Сирии должна была стать проводником перспективного проекта строительства газопровода с месторождений Катара через Турцию в Европу.

Россия в этом вопросе занимает прямо противоположную позицию. Официальное правительство в Дамаске для нас является наиболее позитивным партнером. С курдами также складывается диалог. Главными противниками считаются ИГИЛ и другие многочисленные исламистские группировки, которых, в свою очередь, поддерживают Турция, Саудовская Аравия, Катар и Запад. Умеренными оппозиционными силами признаются лишь силы, готовые к мирному диалогу с правительством.  

Для России и Ирана принципиально важно сохранение территориальной целостности Сирии для обеспечения единого пространства по линии Иран – Ирак – Сирия и недопущения строительства газопровода из Катара из справедливых опасений возможной конкуренции «Газпрому» в Турции и Европе.

Для западной же коалиции, в которую входит и Турция, раздел Сирии по этноконфессиональному признаку является вполне приемлемым. Турция в таком случае получает возможность контролировать населенные туркменами и курдами северные районы страны, а также создать непрерывную линию от иорданской границы через Алеппо для строительства газопровода из Катара.

Учитывая возросшую военную мощь Дамаска, в настоящее время сценарий раздела Сирии является для западной коалиции самым перспективным. Именно к нему готовится Саудовская Аравия, объявившая 15 декабря о создании новой исламской антитеррористической коалиции, состоящей сплошь из суннитских государств. Турция уже давно призывает Запад к установлению над северными районами Сирии бесполетной зоны под контролем Анкары, однако инцидент с российским Су-24 и последовавшая за ним жесткая ответная реакция Москвы сделали эту перспективу невероятной.

Судьба Сирии в настоящее время решается под Алеппо. Захваченный еще в 2012 году оппозицией город частично освобожден и почти полностью окружен правительственными войсками. Его взятие отрежет большую группировку боевиков, которая снабжается из Турции через пограничный переход Килис, и поменяет расстановку сил во всей стране. Именно поэтому сейчас Анкара и Эр-Рияд оказывают давление на Вашингтон по дипломатическим каналам, чтобы постараться легализовать часть оппозиционных сил в качестве «умеренной оппозиции» (большой сбор представителей воюющих в Сирии группировок происходил 10–12 декабря в Эр-Рияде), а также привлечь к участию в конфликте как можно большее количество мусульманских стран.

Впрочем, состоявшаяся 15 декабря презентация мусульманской антитеррористической коалиции как нового военного союза под руководством Саудовской Аравии кажется недостаточно проработанной. Пакистан, Турция и Малайзия явно не собираются мириться с главенствующей ролью Эр-Рияда в этой коалиции и вряд ли согласятся на использование своих войск за пределами своих территорий. Сама наспех сколоченная коалиция пока напоминает лишь декларацию о намерениях саудовской монархии: ни один из лидеров входящих в нее 34 стран не подтвердил свое участие в ней.

Сейчас все участники конфликта активно готовятся к встрече 18 декабря в Нью-Йорке, где должен быть принят общепризнанный список террористических организаций. Турция и Саудовская Аравия постараются, чтобы как можно больше их союзников в него не попало. Однако у России есть своя четко выраженная позиция по этому вопросу — все причастные к терактам группировки (а других там почти и не остается) должны быть делегитимизированы.

Кроме того, Вашингтон активно поддерживает сирийских курдов, которые, по мнению Анкары, к умеренным оппозиционерам не относятся. Разногласия из-за курдов между США и Турцией могут нарушить идиллию западной коалиции, что негативно скажется на дальнейшей роли Анкары в разрешении сирийского кризиса. Это также играет на руку России.