Вокруг пенсий развернулось очередное бурление высшей экономической мысли. Не слишком ли хорошо живут пожилые сограждане? Не пора ли на них сэкономить? Поднять им пенсионный возраст, как в передовых европейских странах.
Наша общая самобытность, как известно, проявляется на практике в том, чтобы в каждой конкретной отрасли чиновная Эллочка Людоедка с максимальным упорством внедряла методички из лучших домов Филадельфии — по подсказке жулика Бендера.
Что ж, давайте внедрять.
В Германии пенсионный возраст был повышен под аккомпанемент словоблудия тамошних высших экономистов: дескать, не корысти ради, а токмо волею объективных процессов демографии: население стареет, а в бюджете не хватает средств содержать так много неработающих людей. Вроде бы логично. Даже собственных граждан удалось убедить в необходимости «непопулярных мер».
Почему же я употребил такое грубое выражение, как словоблудие вместо уважительного «дискурс»? Потому что по ходу «пенсионных реформ» у руководства Германии и ЕС легко находились миллиарды евро на поддержку косовских бандитов и торговцев человеческими органами, ливийских ваххабитов, украинских бандеровцев и «умеренных» людоедов в Сирии. Возможно, и неумеренным через Турцию тоже кое-что перепало из гуманитарной помощи оружием и боеприпасами, но это уже их людоедские дела, о которых я судить не уполномочен.
Потом ударная волна от перформансов с отрезанными головами докатилась до берегов Рейна, и как-то рано поутру милый городок Висбаден (280 тыс. населения) был обрадован новостью. Ура, к ним заселяются дорогие гости, 20 тыс. «беженцев». В основном — здоровых молодых мужиков, которые намерены жить в Германии на полном казенном обеспечении по приглашению госпожи Меркель.
На них потрачены те самые деньги, которых якобы хронически «не хватало» на пенсии собственным гражданам.
Следующий ориентир «объективной» экономической мысли — выход на заслуженный отдых в 70 лет. Тогда можно будет завезти еще больше бездельников из-за границы. И подобное происходит по всей Западной Европе. Организованно и планомерно. Например, в швейцарской коммуне Арбург 45% случаев получения социальной помощи приходится на «фальшивых беженцев». В результате коммуна тратит на их содержание почти 10% своих расходов.
Я считаю, людям надо верить. И если сегодня в России авторитетные макроэкономисты убеждают нас ориентироваться на «международных экспертов» и опыт «европейских стран» — они не врут.
У нас будет примерно то же самое.
С легкой поправкой на географию и климат. Вместо организованного завоза дармоедов из Эритреи найдутся какие-нибудь другие креативные проекты, на что потратить денежки, оказавшиеся бесхозными в результате пенсионных реформ.
Если не Ельцин-центр в Екатеринбурге, то Диснейленд в Москве. Можно и наоборот: в Москве Ельцинленд, а в Екатеринбурге Дисней-центр. Главное, чтоб подороже.
Только на основании колонок, опубликованных автором этих строк в «Известиях», можно составить список из дюжины схем, через которые общественные средства спускают в канализацию — тратят на то, что вовсе не полезно, а зачастую и очень вредно. Причем делается это не втихомолку, а демонстративно — у всех на глазах. И протесты в девяти случаях из десяти не дают никакого эффекта.
Оцените драматургию абсурда. Одной рукой будем привлекать на рынок дополнительные трудовые ресурсы пенсионного возраста (потому что трудоспособного населения якобы не хватает), а другой рукой — выпихивать из экономики сильную здоровую молодежь: вместо того, чтобы работать, она массово получает фиктивное «высшее образование», забивает себе мозги псевдонаучной белибердой и приучается с юных лет к безделью и фальсификациям.
Полагаю, для начала следовало бы заткнуть хотя бы самые большие и очевидные дыры в бюджете, а потом рассуждать о повышении пенсионного возраста. И если выстроить в порядке живой очереди всех тех, на ком Россия могла бы сэкономить, то пенсионеры окажутся в самом конце. Намного дальше, чем ученые экономисты.
