Евгений Устюгов: «Я хотел тренироваться под началом Пуаре»
Российский биатлонист Евгений Устюгов завершил карьеру в апреле 2014 года. Сейчас время от времени 30-летнего спортсмена убеждают вернуться в большой спорт. За две недели до старта очередного Кубка мира в разговоре с корреспондентом «Известий» биатлонист категорично отверг такую возможность.
— Евгений, насколько правдива информация о том, что вас уговаривают вернуться в большой спорт?
— Это всего лишь слухи. Если говорить серьезно, то об этом не может быть и речи. Упущено очень много времени. Вернуться на какой-то серьезный уровень я не представляю возможным. У меня полтора года за плечами без тренировок.
— Спустя какое-то время вам не пришлось пожалеть о содеянном? Все-таки вы ушли в достаточно молодом для биатлона возрасте — в 29 лет.
— Нисколько не пожалел. Я наверстываю упущенное, видя, как растут мои дети. Дети — это наше всё, и я не готов жертвовать своими детьми ради следующих высот в спортивной карьере. Что касается возраста, ушел, может быть, я рановато, но возвращаться в 30 лет, это будет уже перебором. Да и желания нет.
— Как отнеслись к тому, что нашу сборную будет тренировать Рико Гросс?
— Раз сделали такой выбор, значит считают, что он правильный. Я не компетентен в том, чтобы сейчас рассуждать об этом выборе. Я застал Гросса, когда он еще сам был биатлонистом. Познакомились мы с ним на лыжне, он тогда уже завершал карьеру, а я только начинал. Он — выдающийся биатлонист. Его биографию я еще маленьким знал всю наизусть. Потом Гросс перешел на тренерскую работу, и у него неплохо стало получаться и на этом поприще, думаю должно получиться и у нас. Не в обиду нашим тренерам, но есть некоторые важные моменты в подготовке спортсменов, которые они упускают из вида. Поэтому, может, его европейская методика лучше подойдет нам. В любом случае сезон покажет.
— Интересно было бы вам как спортсмену попробовать потренироваться под его началом?
— Единственный тренер, к которому я всегда благоволил и у которого реально хотел бы попробовать потренироваться, — это великий в прошлом французский биатлонист Рафаэль Пуаре. Я одно время очень внимательно наблюдал за его работой, когда он тренировал белорусскую команду. Он — один из немногих тренеров, у которого глаза горят.
— Недавно лидер российской команды Антон Шипулин презентовал свою новую винтовку с головой дракона на ложе. Как оцените такой ход?
— Самому лично мне еще не довелось ее видеть, но мне очень интересно. Рассказывали, какой у него там красивый дракон. В биатлоне это уже не первый случай, когда винтовки обыгрывают подобным образом. Одним из первых, если я не ошибаюсь, был знаменитый норвежец Бьерндален. У него на шторке был нарисован глаз орла. Когда он стрелял, был очень красивый эффект. Это один из ярких примеров, который я помню. А так, много кто старается украсить свою винтовку, как говорится, кто на что горазд — драконы, змеи, пантеры и т.д.
— А ваши винтовки имели отличия?
— У винтовки, с которой я выиграл олимпийские медали, был необычный красный оттенок, с блестками. На солнце всё это переливалось очень красивым глянцем. Так что и у меня были идеи, как украсить свою винтовку.
— Предложения от СБР насчет работы после завершения карьеры вам поступали?
— Нет. Я предлагал свои услуги и говорил, что если нужна какая-то помощь, обращайтесь, я только за. Никогда не требовал каких-то заоблачных зарплат, мне это далеко не интересно. И если нужно будет приехать на сборы, посмотреть молодой состав, то я всегда открыт. С Владимиром Брагиным у нас был разговор на эту тему, когда он возглавлял молодежную сборную. Но что-то так и не сложилось. Я всегда готов помочь СБР, нашим тренерам, нашей стране.
— Вы не были на свадьбе у Шипулина...
— К сожалению, не удалось побывать. Проблема была с выездом. Но мы отправили ему и его супруге хорошее видеопоздравление.
— Чем сейчас живет легендарный Устюгов?
— Гражданской жизнью. Должность — заместитель председателя Красноярской региональной организации общества «Динамо». Организовываем соревнования. Хоть с утра до вечера я на работе, но по вечерам — с семьей. Те бытовые дела, которые я не мог решать в течение сборов, теперь, слава Богу, решаются. Всё идет своим чередом, понятно, что уже без каких-либо спортивных азартных ощущений. Всё сделано вовремя, и я нисколько и ни о чем не жалею.
