Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Шойгу заявил об окончании однополярного мира после начала спецоперации
Мир
Путин указал на попытки США затянуть конфликт на Украине
Мир
Китай призвал одуматься сторонников независимости Тайваня
Мир
Путин заявил о соответствии начала спецоперации в Донбассе уставу ООН
Мир
В СВР указали на разработку Западом планов по оккупации Украины
Экономика
IKEA ликвидирует управлявшую магазинами в России компанию
Общество
В Минобороны назвали причину ЧП на военном складе в Крыму
Мир
Китай введет санкции против семи сторонников независимости Тайваня
Спорт
IBU обсудит продление отстранения биатлонистов России и Белоруссии
Туризм
Финляндия сократит выдачу виз россиянам в 5–10 раз
Мир
Глава МИД Украины уличил Запад в желании увидеть крах страны
Общество
Аксенов заявил о сокращении маршрутов поездов в Крым из-за ЧП под Джанкоем

Фактор злой воли

Журналист Максим Кононенко — о версиях, которые не выходят из головы при размышлении о субботней трагедии
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

31 октября 2015 года над Синайский полуостровом потерпел катастрофу самолет Airbas A321российской авиакомпании «Когалымавиа», совершавший чартерный рейс из Шарм-эш-Шейха в Санкт-Петербург. Самолет пропал с радаров через 23 минуты после вылета, практически добравшись до заданной высоты в 10 670 м. На высоте 9411 м (по данным сайта Flightradar24) связь с самолетом прекратилась и он начал падать с вертикальной скоростью 30 м в секунду, при этом резко теряя горизонтальную скорость. Пролетев вниз около километра, самолет исчез с экранов радаров.

Эта самая масштабная по количеству жертв катастрофа в истории русской авиации произвела колоссальное впечатление на весь мир.

Во-первых, важен контекст: русские сейчас выступают в роли мирового средоточия зла (уступая разве что запрещенному в России «Исламскому государству»). Но, оказывается, русские тоже люди и тоже смертны, причем смертны внезапно.

Во-вторых, разбился самолет, летевший с популярнейшего курорта, то есть погибли целые семьи, счастливые семьи с детьми, только что отдохнувшие на Красном море, загорелые, счастливые и полные планов.

В-третьих, самолет упал над территорией, в массовом сознании столь же темной и непредсказуемой, как и Донбасс полуторагодовалой давности: боевики, правительственные войска против боевиков, кто где — вообще непонятно. Хотя все в один голос утверждают, что у тех, синайских боевиков средств ПВО, способных сбить самолет на такой высоте, никак нет.

Это мировая реакция. Есть еще и реакция определенной части больного, увы, украинского общества, которая в первые сутки после катастрофы наглядно показала нам то, о чем мы и раньше, признаться, подозревали, рассматривая ход и результаты майданных процессов. Открытую радость и злорадство по поводу «дохлых кацапов» комментировать, признаться, совершенно не хочется. Но эти радость и злорадство были, и они останутся, потому что интернет ничего не забудет.

А еще есть реакция российских СМИ. Их можно понять — аудитория требует информации, а информации крайне мало. В условиях этого неудовлетворенного информационного вакуума издания осваивали относительно новый жанр — коллекции фотографий из аккаунтов погибших в социальных сетях. Смотрите,пишут издания, — какие милые люди. Они так любили жизнь и так хотели жить. И как вершина жанра — фотография стоящего на трапе того самого самолета мужчины с маленьким ребенком на руках. Последние полчаса жизни. Последние полчаса, наполненные ничем, — ручную кладь на полку, пристегнуться, выложить фотографию в интернет, перелистать какой-нибудь бессмысленный авиажурнал, откинуться в кресле и дождаться, когда погаснет табло «Пристегните ремни». И потом всё.

Рефлексии по поводу всех этих аспектов в медиа уже много. Мало лишь версий. А ведь хочется именно их.

Я не специалист, но пока специалисты придерживаются своего корпоративного правила — «никаких версий до официальных результатов расследования», нам, дилетантам, остается только гадать. Пусть и с использованием формальной логики.

А оценить хочется вероятность лишь двух вариантов: была злая воля или же нет.

Аргументы в пользу таковой воли: последнее значение горизонтальной скорости самолета составило 115 км/ч — вы на дачу ездите быстрее, для авиалайнера эта скорость равна, в общем, нулю. С 749 км/ч до 115 км/ч эта скорость упала за 19 секунд. Самолет как будто врезался в препятствие, ведь даже при полном отказе одного двигателя он всё равно продолжал бы лететь.

Обломки самолета разбросаны на большой площади (20 кв. км), что говорит о его разрушении в воздухе. С эшелона (горизонтальный полет на набранной высоте) самолеты вообще падают крайне редко, это самый безопасный режим.

Более того — из 32 случившихся до того катастроф самолетов семейства А320 (2 из них A321) ни одна не произошла по причинам технических неполадок. Ни одна! А всего таких самолетов было построено много более 6 тыс. И почти все они продолжают летать.

Аргументы против злой воли также сильны: пассажиры и сотрудники «Когалымавиа» не раз и не два сообщали о том, что с этим конкретным самолетом проблемы. Пилот самолета уже во время полета сообщал о проблемах и запрашивал аварийную посадку в Каире. Бедуины на Синае видели, как самолет падал с горящим крылом. На фотографиях с места катастрофы мы видим обугленное крыло. В списке пассажиров мы не видим ни одной фамилии, которая могла бы вызвать у нас хоть какие-то террористические подозрения.

И тем не менее отделаться от дурных мыслей непросто.

Разбился русский самолет, вылетевший из арабской страны в то самое время, когда другие русские самолеты бомбят террористов в другой арабской стране. А экипаж, который прилетел на этот самом самолете в Шарм-эш-Шейх накануне катастрофы, ни о каких неполадках не сообщил. А для того чтобы прицепить что-нибудь на крыло самолета во время его обслуживания в аэропорту, совершенно необязательно регистрироваться пассажиром.

Над сообщением людей, которые назвались «Исламским государством» и взяли ответственность за эту катастрофу на себя, сейчас принято сдержанно смеяться. Но вот лично у меня смеяться над этим почему-то не получается.

И если даже этот самолет упал не от того, о чем я сейчас думаю, то это совершенно не гарантирует нас от того, что какой-то другой самолет не упадет от этого же.

Читайте также
Реклама
Комментарии
Прямой эфир