Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Николя Саркози вернулся в большую политику. Возглавляемый им неоголлистский «Союз за народное движение» получил 29,4% голосов в ходе состоявшихся в воскресенье местных выборов во Франции. На втором месте — «Национальный фронт» Марин Ле Пен — 25,19%. Лишь на третьей позиции правящая Социалистическая партия — 21,85%.

Состоявшиеся выборы рассматриваются как крупный успех евроскептического и антимигрантского «Национального фронта». Хотя Марин Ле Пен не удалось добиться первого места, как она рассчитывала, ее партия уверенно заняла второе. Тем самым правые партии собрали в сумме более 54% голосов. Внушительный результат.

Впрочем, успех «Национального фронта» не стоит переоценивать. Действующая во Франции мажоритарная система абсолютного большинства предусматривает — если в первом туре ни один кандидат не получил 50% плюс один голос, то проводится второй тур, в который проходят кандидаты, набравшие более 12,5% голосов. То, что, согласно нынешним правилам, претенденты на власть баллотируются парами, мужчина и женщина, не имеет большого значения с точки зрения функционирования системы.

Победа в первом туре — редкость. Обычно проводится второй с участием двух или трех самых успешных претендентов. И в нем для «Национального фронта» таится ловушка.

Обе главные политические силы Франции, неоголлисты и социалисты, всегда объединялись против «Национального фронта», если его кандидат проходил во второй тур. Самый простой пример такого объединения — президентские выборы 2002 года. Тогда во второй тур неожиданно вышли президент Жак Ширак и лидер «Национального фронта» Жан-Мари Ле Пен.

Премьер-социалист Лионель Жоспен остался за бортом избирательной гонки. В результате тотальной антилепеновской истерики левых Ширак выиграл «в одни ворота», получив 82% голосов. Такого результата не достигал сам де Голль.

Сейчас ситуация может повториться. «Национальный фронт» провел во второй тур множество своих представителей. Наблюдатели говорят, что кандидаты от «Национального фронта» есть в половине округов. Но удастся ли им получить мандаты в ситуации, когда лидеры социалистов призывают голосовать против «Национального фронта», а значит, за Саркози?

Бывший французский президент оказался в исключительно выгодной позиции. Понимая, что поддержка левых ему обеспечена: они будут плакать, колоться, но есть неоголлистский кактус, Саркози решил поиграть на правом поле. Он призвал своих сторонников в тех округах, где нет кандидатов-неоголлистов (а, следовательно, противостояние ведется между социалистами и лепеновцами), не голосовать ни за тех, ни за других. Естественно, подобная позиция на руку «Национальному фронту». Это значит, что хотя бы часть неоголлистов перейдет на их сторону, то есть появляется шанс прорвать двухпартийную блокаду и провести в «советы департаментов» своих представителей.

Если в 2017 году, когда во Франции состоятся очередные президентские и парламентские выборы, Саркози удастся повторить нынешний расклад, победа ему обеспечена. В самом деле, если во второй тур выйдет он и Марин Ле Пен, а действующий президент Олланд останется за воротами, то ситуация 2002 года будет воспроизведена в точности. А значит, Саркози переедет в Елисейский дворец и станет первым президентом Пятой республики, который вернулся во власть после перерыва.

Однако если посмотреть на итоги выборов не только с точки зрения возвращения во власть нашего уважаемого партнера Николя, то станет виден процесс быстрого сдвига французских избирателей вправо. На выборах в Национальное собрание 2012 года «Национальный фронт» получил 13,6% голосов. Но уже на прошлогоднем голосовании в Европарламент — 24,85%, заняв при этом первое место. Сейчас его результат — 25,85%.

Происходит тектонический процесс ослабления Социалистической партии и ее постепенного вытеснения с лидирующей позиции во французской политике. Мажоритарная система абсолютного большинства с ее двухпартийным сговором против «Национального фронта» тормозит этот процесс, но не более.

Ситуация во Франции напоминает недавнюю историю Израиля. Могущественные левые, подлинные отцы-основатели этого ближневосточного государства, ухитрились настолько себя дискредитировать, что за последние 14 лет им не удалось провести ни одного кандидата на пост премьер-министра.

Если израильских левых погубил излишний энтузиазм насчет мирного процесса с палестинцами, то французских левых губит любовь к мигрантам из стран арабского Востока. Израильскому избирателю не нравится идея совместного проживания на одной территории с «арабским народом Палестины». Французскому всё больше не по душе мигранты из стран Магриба. Поэтому развитие обоих государств идет в схожем направлении: происходит усиление правого фланга, к власти приходят харизматические политики. В Израиле — Нетаньяху, совсем недавно в третий раз подряд обеспечивший себе кресло премьер-министра. Во Франции — Саркози.

Французский политический класс пока сопротивляется этому процессу. Но времена меняются. Крах политики мультикультурализма был признан лидерами ЕС — Меркель, Кэмероном, тем же Саркози еще несколько лет назад. Другое дело, что они ничего не сделали, чтобы предложить новую. Но, похоже, предлагать всё же придется.

Придется решать проблемы с миграцией и искать новые модели сосуществования французов с мигрантами из стран третьего мира и их потомками. Равно как и признавать «Национальный фронт» в качестве равноправного игрока французской политики.

Робкие голоса о «трехпартийном» характере складывающейся во Франции политической системы уже звучат.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...