Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Насколько я помню «Макдоналдс» на одной станции московского метро, где я жил какое-то время, всегда возле него вертелись крысы. И такие ухоженные, жирные, лощеные — любо дорого глядеть. Не чета крысам, что обитают, скажем, на станции Фили по Одинцовскому направлению. Те — тощие, шуганные, на весь мир озлобленные. Их вспоминать и жаль, и больно. 

А у «Макдоналдса» живут успешные крысы, у которых жизнь задалась. Бегали (и продолжают бегать) те крысы от того «Макдоналдса» по своим делам и обратно преспокойно. Никто никогда их не шугал. Ясно было: у них там медом намазано. И что же? Один я их видел? Нет. Все видели. И всё равно все мимо этих крыс шли в «Макдоналдс» по своей надобности. Я и сам, хорошо зная этот факт, туда захаживал. Если крысы фастфудом не брезгуют, то мне-то что брезговать? 

Стыдно ли мне признаться, что я ходил в «Макдоналдс»? 

Да. 

Всегда, когда говоришь, что туда ходишь, сразу начинаешь оправдываться: «Да вот я только за кофе» (попробовать хотел), или «Да, я вот пирожок съесть и сразу назад» (попробовать хотел), или «Да вот тут креветки появились» (распробовать хотел, потому что какой раз беру). Только сейчас понял, что стыдно, как стал это писать. Но как написал, понял, что стыдного в этом мало. Ведь если философу на работу в «Макдоналдс» ходить не стыдно, то уж поесть и подавно не должно быть. 

Знаете, «Макдоналдс» для многих — это такое действительно «постыдное (не вполне) удовольствие». И поскольку туда ходить стыдно (в месте с «быдлом-то!»), мало кто из тех, кто недавно оплакивал утерянные заморские яства, возвысил голос в защиту униженного фастфуда. Да, был аргумент «Закрыли первый «Макдоналдс», сволочи!». Но это как бы не аргумент типа: «Мне теперь поесть негде и нечего», а, так сказать, историческая политика в действии. 

Можно было встретить еще такой довод в защиту: «Закрыли «Маккафе», сволочи!». То есть если в «Макдоналдс» некоторым ходить было стыдно, то в «Маккафе» еще куда ни шло — в этом можно признаться. 

Получается, что обругать «Макдоналдс» есть кому — нашим националистам и охранителям, поклонникам чебурека и беляша (я, кстати, чебурек и беляш тоже люблю, хоть и не националист — такой вот парадокс). А те, кто мог бы заступиться за «Макдоналдс», либо не признаются, что в него ходят, либо даже не подумают выйти в публичное пространство с апологией любимого ресторана быстрого питания. Остается вступаться тем, у кого сердце к нему холодно — то есть «сами мы там не едим, но за народ обидно». Но на этой войне даже такие бойцы в поле воины. 

Вопрос в том, нужно ли защищать наш старейший фастфуд, если мы доподлинно знаем, что в его деятельности действительно не всё гладко? И ответ — да. 

Крысы в тот (за другие говорить не стану) «Макдоналдс», о котором речь шла в начале, ходили из века. Роспотребнадзор всё это время молчал. И вдруг теперь внезапно взялся проводить проверки, которые, конечно, выявили нарушения. Крыс, кстати, вроде пока не выявили. Но про нарушения не подозревал? Уж сколько средств было потрачено на очернение «Макжрака». Все знают, что фастфуд — вредный, и всё равно едят. Все знают, что, скорее всего, там есть нарушения, и всё равно едят. 

Лично я совсем недавно видел, как работник в уборной фастфуда (не «Макдоналдса»), выйдя из кабинки, долго вертелся у зеркала, поправляя форму, фуражку, прическу, но руки всё же мыть не стал. Принципиальный. Принципы уважать надо. Ведь их придерживаются многие официанты — даже те, кто работает не в сфере фастфуда. Видел я такого работника и в престижном ресторане. Только он перед зеркалом не вертелся, а из кабинки сразу на работу побежал. 

Неприятная тема? Читать противно? А что поделать — такова правда. Которую, впрочем, мы сознательно избегаем. Но думаю, если пустить социологов в мужские уборные ресторанов и торговых центров, кто его знает, чего там можно насмотреться. В итоге все рестораны придется прикрыть. И вообще всё придется закрыть. 

Что, кстати, хочет сделать колумнист «Известий» Егор Холмогоров. Сам он признается, что долгое время едал в «Макдоналдсе», пока год–два назад не постарел. Интересно, что Егор Холмогоров, клеймя западную заразу, выбирает тот же самый аргумент, что и апологеты «исторической ценности «Макдоналдса» для нашей демократии», только переворачивает его с ног на голову. 

По «Макдоналдсу» проведена граница нашей демократии, говорят заступники американского фастфуда. Он пришел к нам в сложное время, и люди выстроились в очередь отведать вкус западной свободы. Егор Холмогоров же называет это «мак-либерализмом», «мак-демократией» и т.д., которые нам тут не нужны, и полагает, что вот сейчас мы откажемся от всего западного и главное — от глобализации. 

Однако «Макдоналдс» настолько же является глобальным явлением, насколько национальным. «Макдоналдс» как бы универсален, но в каждой стране свой. В американский, например, меня калачом не заманишь, а в итальянский я бы хоть каждый день ходил. Думаю, что и руки в уборной работники сети (не) моют в каждой стране по-своему. 

Ведь кто у нас в «Макдоналдс»-то ходит? Далеко не хипстер. Для последнего есть «Жан-Жак» или «Старбакс», например. И совсем не либерал. Этот ест дома хамон, а не «Биф а-ля рюс». В «Макдоналдс» ходят люди, привыкшие туда ходить. А привычка — признак если не политического, то психологического консерватизма. В данном случае — своего рода мак-консерватизма.

Думаю, каждый подтвердит, что в любом ресторанном дворике можно увидеть картину: во все точки не так много людей в очереди стоит, а в «Макдоналдс» — всегда очередь. В чем загадка? Народ его любит, а не либерал с хипстером. И выступать против «Макдоналдса» сегодня всё равно, что против народа идти, а не против западных ценностей. Ведь нас так долго учили любить его запретные плоды. 

Почти двадцать пять лет учили.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...