Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Когда появились новости о том, что европейский режиссер Миклош Янчо скончался в возрасте 92 лет, некоторые отечественные СМИ и новостные агентства подавали новость так: «Скончался известный кинорежиссер».

По обыкновению наличие слова «известный» в заголовке о смерти какого-либо человека, к сожалению, всего лишь доказывает относительную безвестность умершего. Новостийщикам, даже западным, чтобы привлечь внимание аудитории, пришлось подавать новость так, что умер не просто уже всеми забытый режиссер, а «призер Каннского кинофестиваля».

Что ж, приз важный, а награда действительно престижная, но надо обратить внимание на то, что получил он ее как «лучший режиссер» за картину «Красный псалом» (1972), в то время как основным призом фестиваля всё же считается награда за «лучший фильм». Его картины никогда не получали главный приз в Каннах. Этот факт, однако, не умаляет заслуг Янчо перед мировым кинематографом.

Надо признать, что известностью многих других европейских режиссеров его эпохи Янчо все-таки не мог похвастаться. В свое время, а именно в 1960-е, критики сравнивали его с такими мастерами, как Микеланджело Антониони и Ингмар Бергман, что справедливо лишь отчасти. Всё же его фильмы не были сделаны на таком же высоком уровне, как у этих двух режиссеров. Вместе с тем Янчо, как и они, принадлежит европейской классике в широком смысле. Ведь он работал не только в Венгрии, но и в течение долгих лет снимал картины в Италии.

За одну из лент «итальянского периода» в его творчестве, в которой содержались откровенные сексуальные сцены, он даже понес наказание в виде лишения свободы. Хотя сидел он недолго, это всё же создает ему ореол мученика за свободу слова, самовыражения и т.д. То есть география и тематика работ Янчо выходит за пределы Восточной Европы и делает его европейским режиссером-классиком в полном смысле этого слова.

Парадоксально, но после смерти Янчо никак нельзя воспроизвести фирменный штамп, часто присущий жанру некролога. Невозможно сказать: умер Миклош Янчо, ушла эпоха.

Эпоха, а лучше даже сказать, целая вселенная, важной частью которой был режиссер, ушла давным-давно. И он оставался лишь живым упреком, укором эпохе, пришедшей на смену той, во времена которой он мог творить и даже пользоваться успехом. Он лишь немного оттянул время, чтобы мы в очередной раз могли посожалеть о том, что режиссеров уровня Бергмана и Антониони не осталось — режиссеров, делавших Кино с большой буквы.

Бергман и Антониони умерли в 2007 году в один день. Янчо дожил до второй декады XXI века…

Но если Бергман и Антониони могли оставаться актуальными за счет того, что посвящали свое творчество психологии, человеческим отношениям, экзистенциальным вопросам, то Янчо уже не мог быть актуальным, потому что его важная, но ограниченная тематика уже не была на повестке дня — марксизм, революция, сексуальное освобождение. Любовь к этим темам роднит его скорее с Пазолини, но все же и тот был куда масштабнее.

Фактически Янчо можно было прекратить снимать в год смерти Пазолини, в 1975-м, когда он уже окончательно закрепил за собой славу «Красным псалмом» и постановкой «Электра, моя любовь» (1974). Или на следующий после смерти Пазолини год, когда вышел еще один скандальный фильм Янчо — «Частные пороки, общественные добродетели» (1976).

С Пазолини его роднит не только любовь к телу и социально-политическому измерению сексуальности, но и изображение этой сексуальности – неэротичные тела, еще менее эротичные половые акты. Впрочем, всё это в духе многих европейских режиссеров, работавших с этой темой в то время.

Свою режиссерскую карьеру Янчо завершил ровно тогда, когда было ясно, что для кинематографа настали новые времена и ни те формы, в которые облекал Янчо свои политические и философские идеи, ни сами эти идеи уже не были актуальны. Грубо говоря, к своей чести он прекратил снимать, потому что повестка дня была иной.

Режиссерам больше не нужна была «актуальная история», «историческая политика» на экранах. Европа, а не только США, шла к эпохе режиссеров, у которых хотя и были какие-то мысли в голове, точно не было ни философских, ни политических высказываний — каннский приз Йылмаз Гюней, Эмир Кустурица, Вим Вендерс стали делить с братьями Коэнами, Линчем и Тарантино — новыми именами.

Сегодня единственное место, где могут найти себя фильмы Янчо, — это даже не фестивали, а канал «Культура». Интеллигенты, которые когда-то могли упиваться картинами режиссера, вероятно, с удовольствием помянут былые дни. Но теперь эти фильмы архаичны. И хотя сами проблемы, которые беспокоили режиссера, конечно, остались, ибо они вечны, однако проблемы эти даже не то что не могут быть решены так, как решал их он, а даже сформулированы таким образом, как он формулировал их.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...