«Моше Даян считал, что евреи и арабы должны вместе жить и работать»
В Москве на Неделе моды Mercedes-Benz Fashion Week, в рамках которой прошли Дни Израиля, побывала в качестве почетного гостя Рут Даян, вдова легендарного израильского генерала и министра обороны Моше Даяна. В свои 97 лет она продолжает заниматься общественной деятельностью. Рут Даян рассказала «Известиям», зачем она создавала рабочие места для новых иммигрантов и что она делает для примирения евреев и арабов.
— Как вы оказались во главе государственной компании Maskit, занимающейся модой?
— Действительно, я была весьма далека от этой сферы. В министерстве труда курировала отдел профессионального обучения, занималась сельским хозяйством и учила репатриантов, как надо обрабатывать землю и выращивать южные культуры. Но случился неурожайный год, все простаивало, и чтобы чем-то занять людей, созрела идея создать госкомпанию по пошиву одежды. Она возникла 60 лет назад, в период начальной эмиграции евреев из всех уголков мира. Задача состояла в том, чтобы дать им возможность зарабатывать и обеспечивать семьи. Итогом стало то, что в компании стали работать выходцы из 22 стран мира. Появились специалисты, которые начали вносить свой этнокультурный колорит в разработку и дизайн продукции. Так, один выходец из Багдада, который, помимо шитья, занимался еще и коммерцией, наладил поставки одежды в Англию, Францию, Марокко. Так постепенно наш бренд стал известен в мире.
— Вы всю жизнь налаживаете еврейско-арабский диалог, свободно говорите по-арабски. Почему так случилось?
— Я родилась в Иерусалиме, в арабской его части. Моя мама преподавала в детском саду на арабском языке. Поэтому я знаю ситуацию, знаю Израиль с обеих сторон. Я политикой не занимаюсь и избегаю крайних политических взглядов. Это моя дочь Яэль — политик, семь лет была депутатом кнессета и вице-мэром Тель-Авива.
Меня же интересует человек. Как в музыке нет границ, так и всё, что связано с модой, тоже не имеет деления на национальности. У меня есть специалисты из Назарета — арабы. И им не мешает, что у нас разная религия или взгляды. Из общих человеческих ценностей, совместного труда и целей рождается диалог. И я пытаюсь его налаживать.
Например, я являюсь председателем общественного совета детского кардиологического центра, где каждый четверг проходят операции детей из Саудовской Аравии, в другие дни — детей из сектора Газа, с Западного берега. В центре работают как еврейские, так и арабские врачи.
— Соответствуют ли ваши взгляды политике, проводимой вашим мужем Моше Даяном?
— Он, несмотря на воинственную репутацию, считал, что необходимо предоставлять евреям и арабам возможности вместе жить и работать. Кроме того, в 1967 году, после шестидневной войны, Моше стал первым, кто приказал открыть Яффские ворота, чтобы у арабских жителей Восточного Иерусалима появился вход в Иерусалим, и наоборот, чтобы они могли беспрепятственно попадать в Старый Город и другие кварталы.
— Вы всю жизнь дружите с палестинской поэтессой Раймондой Тавил. Она — мать Сухи Арафат, вдовы лидера Организации освобождения Палестины Ясира Арафата. Известно, что Тавил выставляла свою кандидатуру на пост руководителя Палестинской национальной автономии в пику своему зятю, но у нее не получилось. Как вы считаете, был ли Ясир Арафат всё же отравлен полонием или умер от других болезней?
— Вряд ли его отравили. Он был очень болен. После того как Арафат оказался единственным выжившим после крушения самолета, он начал быстро сдавать. Тогда Ясир получил множество травм и 13 часов провел в песках Сахары в ожидании помощи. Это его окончательно и подкосило. А вот с Раймондой мы вместе пишем книгу, которая скоро выйдет в свет.
— В России после недавнего теракта в Волгограде обсуждаются предложения по использованию израильского опыта в наказании родственников террористов. В частности, уничтожение их домов. Именно ваш муж был инициатором такой тактики в Израиле. Приводят ли эти методы к реальным результатам в борьбе с террором?
— Об этом лучше меня могут рассказать специалисты. Но все знают, что израильские спецслужбы предпринимают комплексные меры, начиная от розыска организаторов и спонсоров террористов до наказания их родственников. Главное же — это идти на опережение, предотвращать теракты.
