Из возможных апологетических аналогий к образу киберактивиста А.А. Навального более или менее популярной является лишь аналогия с Б.Н. Ельциным. Понятно почему. Представить А.А. Навального идеальным либералом-западником, «русским Гавелом» не получается, ибо такое отождествление требовало бы уж очень сильных натяжек, чрезмерных даже для некритической целевой аудитории. При этом кандидатов на роль «русского Гавела» за истекшее двадцатилетие было довольно много, но популярностью, позволяющей домогаться престола, не пользовался ни один. Что породило мысль — даже не лишенную здравости — о том, что образ «нового Гавела» вообще не слишком в нашей стране продаваем и для успеха надо бы что-нибудь более черноземное.
Образ нового Ельцина несомненно является более исконным и посконным — как, собственно, и прототип. Соответственно, образ народного бунтаря уж явно более продаваем, тем более что из всех приемлемых предшественников только с Ельциным связана реальная история успеха. А поскольку Б.Н. Ельцин на пути к власти был не чужд популизма, делается вывод, что главное — популизм и не следует в этом деле быть гомеопатом, а победный 1991 год приложится.
Некоторые другие особенности личности Б.Н. Ельцина, а равно и уникальные обстоятельства, подарившие ему корону Российской Империи, при этом оптимистическом сопоставлении игнорируются.
Начать с того, что игнорируется послужной список Б.Н. Ельцина: с 1963 года — главный инженер Свердловского домостроительного комбината, с 1966 года — директор Свердловского ДСК, с 1968 года — глава отдела строительства Свердловского обкома КПСС, с 1976 по 1985 год — 1-й секретарь Свердловского обкома.
Можно из этого делать вывод, что речь идет о типичном номенклатурщике и обкомыче, можно — что без малого 30 лет на руководящих должностях, из которых девять — на посту руководителя одной из крупнейших промышленных областей СССР, в любом случае дают некоторый опыт управления. Человек, могущий сказать о себе «ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает», очевидно, обладает лучшими навыками властвования, нежели человек, сроду в своем подчинении никого не имевший. Этот опыт не является достаточным условием для успешного управления государством или даже большим городом — есть примеры весьма неудачного управления и превышения уровня компетентности, — но необходимым условием он является. Если человек не умеет работать с большой командой, ему лучше не домогаться обширных властных полномочий.
В этом смысле стиль командной работы А.А. Навального и конкретный кадровый состав его команды вызывает серьезные сомнения. Во всяком случае, не то что до команды Б.Н. Ельцина в критические годы борьбы за власть и первых лет царствования, когда он сумел объединить вокруг себя весьма многих, но даже до узкого круга «свердловской мафии» команда киберактивиста сильно не дотягивает. Причем вряд ли это лечится. Прирожденный руководитель — это прирожденный руководитель, одинокий волк — это одинокий волк.
Есть и другие личностные различия. От Б.Н. Ельцина прежде всего исходило ощущение силы, от А.А. Навального — крайняя злоба, собой силу не заменяющая. Тут есть дьявольская разница. Можно сказать: «Будь сильным, и люди потянутся к тебе», сказать: «Будь злобным» — это более сомнительная рекомендация.
Но есть и различие, проистекающее от общего политического расклада. Навальный не Ельцин еще и потому, что Путин — не Горбачев. Тактика М.С. Горбачева заключалась в игре на противоречиях между «правыми» и «левыми» в терминологии того времени, т.е. между условным Лигачевым и условным Ельциным. И та, и другая группировка были ему нужны, чтобы выгодно подать себя как разумного центриста и разумного медиатора, чем и объяснялось сохранение обеих группировок в общем раскладе — это к вопросу о том, почему Б.Н. Ельцин еще в 1987 году не был отправлен послом в Танзанию, чтобы навсегда кануть в Лету. Если эта модель и может быть применена к тактике В.В. Путина (что не вполне очевидно), то «правые» и «левые» у него — это скорее «силовики» и «сислибы». Ни те, ни другие не испытывают надобности клясться А.А.Навальным. Более того, вся политика В. В. Путина — в принципе антигорбачевская, и терять государство по методу Михаила Сергеевича Владимир Владимирович отнюдь не собирается, скорее наоборот.
Наконец, у киберактивиста нет в наличии того оружия, которое было у зампреда Госстроя — в современной России выше крыши всяких противоречий и неустройств, но нет конституционной коллизии «СССР — РСФСР», которая была разыграна Б.Н. Ельциным, идеально демократическим путем получившим пост главы РСФСР, т.е. плацдарм для перетягивания власти. Мина такой силы к современном конституционном устройстве РФ отсутствует.
Можно относиться к А.А. Навальному как угодно, можно как угодно относиться к Б.Н. Ельцину, но роднит этих двух мужчин в основном большой рост. Тоже хорошо, но недостаточно.
