Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Вин Дизель: «За «Форсаж» отвечаю головой»

Голливудский актер и продюсер — о секретах долговечности автомобильной саги и о том, почему он равнодушен к 3D-эффектам
0
Вин Дизель: «За «Форсаж» отвечаю головой»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

12 лет спустя после релиза первого «Форсажа» на наши экраны выходит шестая часть одного из самых долгоиграющих и успешных киносериалов наших дней. В «Форсаже-6» душа и тело франшизы — Вин Дизель уже в четвертый раз исполняет роль «гонщика вне закона» Доминика Торетто, а также является продюсером картины. Корреспондент «Известий» Заира Озова встретилась с Вином Дизелем в Лондоне, чтобы расспросить его, чем шестой «Форсаж» лучше предыдущих. 

— Почему вам до сих пор интересно работать над «Форсажем»?

— Главное преимущество саги — возможность эволюционировать, пусть даже изменения эти не столь заметны глазу. У нас есть заданные рамки, диктуемые жанром, но над всем остальным мы постоянно работаем. Мой герой Дом из шестой части отличается от Дома из пятой, а тот, в свою очередь, отличается от Дома из четвертой. 

— А чем, по-вашему, шестая часть отличается от всех остальных? 

— Вы не поверите, но мы для этого фильма придумали новую историю! (Смеется.) Кроме того, шестой «Форсаж» — квинтэссенция всех предыдущих «Форсажей», мы пытались подытожить все лучшее, что могла предложить сага за эти годы. Собрать, перемешать и умножить надвое. К этому коктейлю, конечно, добавилась история с Летти, героиней Мишель Родригес, которая буквально восстала из мертвых. 

— Странно, что вы при этом отказались от возможности сделать фильм в 3D. 

— Со мной что-то не так?! (Смеется.) Все люди как люди — делают свои блокбастеры трехмерными, а я как будто живу в каменном веке. Просто мне плевать на 3D, уж не знаю почему. Думаете, стоит обратить внимание на этот формат? 

— Ну а почему нет? Больше денег за дорогие билеты, больше радости от вида трехмерных «тачек».

— Если бы это был фэнтези-фильм или хотя бы научная фантастика, тогда, возможно, использование 3D было бы оправданным. Но я никак не могу привыкнуть к 3D. К этим дурацким неудобным очкам. Я вообще только один раз в жизни видел фильм в 3D. Угадайте, какой. 

— «Аватар»? 

— Именно. А теперь угадайте, почему я его посмотрел.

— Потому что его не посмотрел только ленивый?

— Нет, потому что в нем одну из ролей играла моя боевая подруга Мишель Родригес! (Смеется.)

— Логично. Вам в этом фильме франшизы, как, впрочем, и во всех остальных, пришлось подержаться за руль невероятного количества крутых машин. По какому принципу вы их выбираете?

— Для фильма я выбираю машины так же тщательно, как выбирал бы их для себя лично, потому что мной каждый раз движет наивная мысль о том, что пару-тройку из этих красавиц я смогу прихватить с собой. Пополнить ими свою, так сказать, скромную гаражную коллекцию. Почему-то этого никогда не происходит, и я раз за разом расстраиваюсь (смеется). Вообще я фанат старых машин. Единственным фильмом из всей франшизы, когда я сидел за рулем современного транспортного средства, был «Форсаж-5». 

— В шестом «Форсаже» очень сильна линия «семейственности» — персонажи живут чуть ли не коммуной и часто повторяют фразы вроде «мы же семья, надо выручать друг друга». Герой Пола Уокера и вовсе обзавелся ребенком. Это как-то связано с тем, что вы теперь и сам отец?

— О да, отцовство на меня сильно повлияло. И повлияло в том числе на мое восприятие семьи как святыни, поэтому в новом фильме этой теме уделено так много внимания. Честно сказать, в Доме Торетто всегда было очень много от меня самого. С детства я чувствовал ответственность не только за членов своей семьи, но и за друзей — среди них я ощущал себя эдаким малолетним «крестным отцом». Однажды мы с друзьями проникли в театр с целью порезвиться с реквизитом, но нас поймали и заставили играть небольшие роли в этом самом театре. Это был мой актерский прорыв (смеется). И я, семилетний оболтус, уже был авторитетом в своей компании. Именно оттуда растет мой Дом Торетто. И именно поэтому Дом меняется вместе со мной. Он пока еще не стал отцом, но семейные ценности у него во главе угла. Отсюда его желание спасти любимую женщину и вернуть ее в «семью» — желание, которое является двигателем сюжета. 

— Кстати, о любимой женщине. В фильме есть одна сцена, где вы в полете перехватываете Мишель и приземляетесь с ней на бампер. Самостоятельно летали? 

— Самостоятельно, конечно. Вы не верите в то, что я умею летать? (Картинно злится.) 

— Охотно верю. Как вы готовились к этой сцене? Ну, помимо того что отрастили себе крылья. 

— Хотите знать, как я готовился? А вот как (складывает ладони в молитвенном жесте): «Боже милосердный, не дай мне переломать себе все кости». Вам смешно, а я ведь реально мог повредиться всем телом. Мне было очень страшно — только никому не говорите, не разрушайте мой светлый образ. Почему бы не доверить этот трюк дублеру? Вот не знаю. Наверное, потому что дублеры — для лузеров. 

— 12 сентября в российский прокат выходит фантастический боевик «Риддик». Скажите, почему вы так долго не возвращались к этой франшизе? Со времен «Хроник Риддика» прошло целых 10 лет. 

— Просто мы с Дэвидом Туи мечтали сделать продолжение «Риддика» таким жестоким и кровавым, что ему бы присвоили рейтинг R (дети до 17 допускаются только в сопровождении родителей. — «Известия»). А в наше время совсем немного выходит фильмов с рейтингом R, да еще к тому же уровня студийного блокбастера, со звездами и дорогими спецэффектами. Это неразумно с коммерческой точки зрения. И вот, чтобы удовлетворить потребности аудитории, которая настоятельно требовала от нового фильма большей мрачности и жестокости, нам пришлось пойти в обход студийной системы и искать независимое финансирование. Всем этим мы как раз неспешно занимались девять лет. 

— Зачем же вы пошли на поводу у аудитории? От этого одни проблемы.

— Если бы не эта самая аудитория, мне бы и в голову не пришло, что «Риддик» до сих пор кому-то нужен. Только благодаря обратной связи на моей странице в Facebook я узнал, насколько люди хотят и ждут продолжения нашей научно-фантастической франшизы. Я привык доверять аудитории, общаться с ней, спрашивать ее совета. Это ведь очень важно — уважать своего зрителя. Особенно если хочешь, чтобы зритель уважал тебя. 

— В «Риддике», как и в «Форсаже», вы одновременно и исполнитель главной роли, и продюсер. Как вам удается это совмещать? Часто приходится вступать в конфликт с самим собой?

— Конфликтов удается избегать, потому что я умею находить компромиссы, в том числе и с собой. Я стал продюсером «Форсажа», потому что меня попросили сняться в эпизодической роли в третьей части, «Токийском дрифте». Я не собирался этого делать, но люди со студии заявили: «Это последний «Форсаж», мы с этим делом завязываем. Если, конечно, ты не хочешь сам стать продюсером и взять проект под свое крыло». Какой дурак откажется? Хотя, конечно, теперь мои обязанности не ограничиваются схемой «походить туда-сюда, поиграть мускулатурой». Я за «Форсаж» отвечаю головой, можете все адресовать мне: и ругань, и похвалу. Впрочем, нет, давайте лучше на похвале остановимся. 

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир