Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Итак, Habemus papam! Вечером 13 марта белый дым, поваливший из трубы Сикстинской капеллы, и звон колоколов римских церквей возвестили миру об избрании нового главы Католической церкви.

То, что папой стал 76-летний аргентинский кардинал Хорхе Марио Бергольо, архиепископ Буэнос-Айреса, первый в истории Католической церкви папа не европейского происхождения, первый папа-иезуит и первый папа-латиноамериканец, для большинства католиков, журналистов, политиков и вообще всех, кого интересовал вопрос о будущем понтифике, стало сюрпризом. Его имя называли среди так называемых папабилей — основных кандидатов. Однако фаворитом папской «гонки» он явно не выглядел.

Зато было много разговоров о возможности избрания первого в истории чернокожего папы. Благо соответствующий прецедент уже создан другой, правда, секулярной сверхдержавой — США. Да и абсолютное большинство африканских католиков, согласно опросам, хотело бы видеть понтификом чернокожего кардинала. Но, хотя католицизм на Черном континенте и имеет немало приверженцев, всё же по степени влияния он очень сильно проигрывает и Европе, и Новому Свету. Большинство африканских католиков мало образованы, в их среде еще сильны пережитки языческих культов, националистические настроения.

Совсем иное дело — Латинская Америка, где католицизм сегодня представляет внушительную силу. Здесь множество крупных католических школ, немало видных прелатов, чья гражданская смелость закалена и не раз продемонстрирована в противостоянии с местными хунтами. Социальный аспект в деятельности Католической церкви здесь заметен, как ни в каком ином регионе. Словом, Латинская Америка сегодня выглядит как бастион католицизма в сравнении с секулярно-одряхлевшей Европой. Так что появления первого в истории папы-латиноамериканца стоило ожидать.

Каким будет новый понтификат? В биографии нового папы римского присутствуют некоторые штрихи, которые наряду с его самыми первыми словами и шагами в качестве понтифика могут дать нам некоторое основание для фантазий на тему будущего правления Франциска.

Во-первых, показательно само имя, избранное новым папой. Очевидно, что это дань его любви и уважения к св. Франциску Ассизскому, нестяжателю и поборнику святой бедности, молитвеннику-созерцателю, помощнику бедных и обездоленных. Удивительно, но до сих пор ни один папа римский не удосужился взять себе имя этого великого праведника — слишком уж чужим и странным он всегда выглядел в роскошных стенах Ватикана.

И вот Хорхе Мария Бергольо, заступая на Святой престол, принимает имя Франциска. Что это? Думаю, заявка на подражание Ассизскому святому. Прежде всего, на стремление к простоте, живой и искренней духовности, социальному служению — в противовес административно-аппаратному холоду Римской курии.

К слову, новый понтифик имеет репутацию человека, исключительно скромного в быту. Он привык пользоваться общественным транспортом. Будучи главой католиков Аргентины, жил в крохотной квартирке, сам готовил себе пищу. Как архиепископ Буэнос-Айреса он уделял много внимания социально-благотворительной деятельности. Известно, что во время посещение хосписа в 2001 году он умыл и поцеловал ноги 12 больных СПИДом. Даже если принимать во внимание пиар-последствия подобного жеста, нельзя не признать за человеком, совершившим его, незаурядное мужество и волю. Показательно и то, что Бергольо всегда выступал против абортов и эвтаназии, осуждал пропаганду гомосексуализма и однополые браки, но при этом подчеркивал, что это касается греха, а не людей, его совершающих.

В общем, на мой взгляд, католики обрели весьма интересного папу, чей понтификат обещает порадовать сюрпризами, не меньшими, чем само его избрание.

Автор — член наблюдательного совета Московского кредитного банка

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир