Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Практика» рассказала о поколении, которому некуда жить

Спектакль «Кеды» Любы Стрижак в постановке Руслана Маликова — история 20-летних хипстеров
0
 «Практика» рассказала о поколении, которому некуда жить
Фото предоставлено пресс-службой театра «Практика»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В театре «Практика» сыграли премьерный спектакль «Кеды» по пьесе молодого питерского драматурга Любы Стрижак в постановке Руслана Маликова. Это история нынешних двадцатилетних прожигателей жизни, проводящих время между ночными клубами и вечеринками с травкой, легкомысленных хипстеров, придающих внешнему виду больше значения, чем внутреннему содержанию.

Вот и главный герой пьесы Гриша (его очень органично играет молодой актер Данила Шевченко) все хочет купить себе кеды — это его единственное осмысленное желание, которое, впрочем, так и не осуществится. Все остальное его мало волнует: Гриша уходит с работы, потому что «надоело и неинтересно», вяло ссорится с матерью и отчимом, который привозит ему из командировки айфон последней модели, расстается с девушкой, ждущей от него ребенка, и даже не пытается приударить за дочкой начальника, явно к нему неравнодушной.

Он в принципе неплохой человек: вот и в детский дом ездит волонтерить, но тоже как-то механически, за компанию. В отличие от героев Сигарева или Клавдиева, жизнь не бьет его мордой об пол, внешне он вполне благополучен. Может, поэтому и не разделяет идеалов старшего поколения, которое занято исключительно благоустройством внешней стороны жизни и заколачиванием бабок. «Я в твоем возрасте имел уже три работы», — бросает Грише раздраженный начальник и легко укладывает его на обе лопатки. Гриша в свои 23 года совершенно инфантилен. Полное отсутствие мотивации к жизни и собственной воли делает его похожим на щепку, которую носит по волнам среди другого бытового мусора.

Герой пьесы «Кеды» — из поколения отказников, не только от армии, но и от жизни вообще. «Лучше быть голодным, чем есть всякую гадость, и лучше быть одному, чем с кем попало», — говорит он матери, которая потчует своего хамоватого сожителя салатом из крабовых палочек. Логически продолжая эту стратегию отказа, драматург приводит своего героя к нелепой смерти на баррикадах. Случайно оказавшись на митинге, он врезается на велосипеде в автозак, чтобы вызволить товарища, снимавшего разгон демонстрации на телефон. И, судя по всему, погибает.

Руслан Маликов в своей постановке отказывается от вещественной конкретики. Вместо декораций он использует полупрозрачный экран с ненавязчивым видео. Актеры тоже существуют на сцене в условной манере, их движения лишь стилизованы под бытовые действия — над этим поработал хореограф Сергей Землянский. Мать героя суетливо мельтешит руками, хлопоча по хозяйству. Его друг механически стучит по воображаемой клавиатуре, а он сам задумчиво вертит пальцами несуществующую пластинку на диджейском пульте, хотя вряд ли даже музыка захватывает его глубоко.

Встреча друзей и подруг тоже напоминает своеобразный балет: дуэли-дуэты сменяют пронзительные соло. В этих внутренних монологах некоторые из героев открыто признаются в своем одиночестве и неспособности любить, другие бравируют успехом, интересной работой, насыщенной жизнью, но их выдает слеза, бегущая по лицу на крупном плане видео. В итоге все они — феминистки и карьеристки, пофигисты и правильные мальчики — оказываются одинаково неприкаянными и несчастными.

В чем причина их внутренней опустошенности, толкающей порой на глупые подвиги, драматург не отвечает. Но хотя бы делает попытку зафиксировать ситуацию и понять поколение, которому «нечего больше желать» и некуда жить.

Свою пьесу Любовь Стрижак писала для сборника «Ищу героя». И с ужасом приходится признать, что такие вот отмороженные мальчики и неспособные к чувствам девочки не сегодня-завтра станут главными героями своего времени. Если, конечно, дух перемен, не заставит их свой внутренний неосознанный протест превратить в позицию и что-то изменить в этой жизни, в конце концов.

Комментарии
Прямой эфир