Джазовая эволюция Дэйва Брубека
В одной из больниц американского штата Коннектикут от обширного сердечного приступа скончался великий джазовый пианист Дэйв Брубек, не доживший до своего 92-го дня рождения всего один день.
Он родился в удивительной семье: отец держал ранчо и был завсегдатаем родео, мать же была талантливой пианисткой, и только случай не дал ей сделать профессиональную карьеру. Уже в четыре года Дэйв играл на рояле, благо в доме их было несколько; отличная память позволяла ему не читать ноты — он ухитрялся обманывать мать, запоминая все, чему она его учила, и в точности воспроизводя услышанное на следующем занятии. Оба его старших брата стали преподавателями музыки, второй из них, Говард, приобрел известность как композитор.
Возможно, именно поэтому в какой-то момент Брубек-младший заявил, что не хочет быть музыкантом — он проведет жизнь на ранчо. Отец, обрадовавшись такому повороту, подарил ему на день рождения двух коров и способствовал поступлению в колледж, где Дэйв начал изучать ветеринарию. Но музыкальные гены взяли свое — юношу с головой накрыл джаз.
Во время войны он руководил военным оркестром в Европе, где познакомился с саксофонистом Полом Дезмондом, на долгие годы ставшим его другом и музыкальным партнером. В 1951 году Брубек и Дезмонд основали квартет, который быстро стал популярным — уже через три года портрет пианиста появился на обложке журнала «Тайм». Брубек стал вторым джазменом, удостоенным такой чести (первым был Луи Армстронг).
Квартет Брубека был одним из самых популярных джазовых коллективов мира. Журнал Down Beat шесть раз называл его составом номер один, журнал Billboard возводил его на самый верх годового рейтинга трижды, а Playboy, долгое время имевший джазовый хит-парад, признавал квартет лучшим аж 12 лет подряд.
В 1970-е Брубек много гастролировал и работал как композитор — он писал кантаты, оратории и симфонические поэмы. Тем временем выросли сыновья, и стали музыкантами. С ними Брубек организовал семейный состав. К тому моменту Дейв, переживший со своей музыкой смену множества музыкальных тенденций, был уже непоколебимым грандом, но не желал оставаться памятником себе, что и показали его первые гастроли в СССР, состоявшиеся в 1987 году. Спустя десять лет он вновь выступил в России, причем дважды — в первый раз со своим квартетом, а затем — с Российским симфоническим оркестром, исполнив собственную ораторию To Hope («К надежде»).
О музыке Брубека говорят как об уникальном явлении: один из ведущих представителей классического джаза, он находился ровно посредине между традиционалистами и авангардистами, не разделяя убеждений тех и других, но учитывая их существование. Увлекаясь экспериментами в области сближения джаза и камерной музыки, много работая с этническими компонентами, он все равно оставался самим собой. Был не революционером, а, скорее, эволюционером джаза, не взрывая его изнутри, но подталкивая к последовательному прогрессу.
