«Хочу, чтобы конкурсанты приблизились к планке, заданной Муслимом»

В Москве завершился Международный конкурс вокалистов имени Муслима Магомаева. В состязаниях приняли участие 17 певцов из 10 стран. Гран-при и премию в размере $25 тыс. получил бас-баритон Женисбек Пиязов из Узбекистана. Председатель жюри, народная артистка СССР Тамара Синявская рассказала об итогах конкурса корреспонденту «Известий». 

— Вы довольны результатами?

— В этом году был очень сильный состав, все искренне боролись за свое место под солнцем, которое уже в большинстве завоевали и нужно удерживать его дальше. Мы присутствовали при выявлении новых звезд, и я уверена, вскоре, они засверкают еще ярче. Это наша цель.

— Сложно ли было сделать выбор?

— Да, я слушала в четыре уха и судила в два сердца. Но знаю, что Муслим остался нашим выбором доволен.

— Конкурс изменился по сравнению с предыдущим?

— Мы учли опыт прошлого конкурса, но требования остались неизменными. Репертуар предлагают сами участники, чтобы конкурс не превратился в сухое прослушивание, но при этом никаких шоу, это соревнование уже проявивших себя артистов. Получился полноценный концерт без повторов — хотелось, чтобы и участники, и слушатели получили удовольствие.

 — В чем смысл второго тура, когда конкурсанту предлагается перепеть один из хитов Магомаева? Вряд ли кто-то сможет повторить его опыт. 

— Муслим — единственный и неповторимый, во всяком случае, для меня. Иннокентий Смоктуновский очень точно заметил: «Когда, широко раскинув руки, появился этот 19-летний парень, я тут же понял: это же знак качества!». Муслим добирался до самой сути. Мы не хотим, чтобы конкурсанты подражали Муслиму, хотелось, чтобы люди приблизились к его планке. Владение оперным вокалом, эстрадным мастерством, романсовой литературой — все не просто. Важно быть артистом на сцене, а не человеком, который озвучивает то, что написал композитор.

— Как-то вы сказали, что не согласились бы участвовать в этом конкурсе. Но при этом вы победили в одном из самых престижных соревнований — конкурсе Чайковского. Этот сложнее? 


— Я сказала это, уже будучи в своем теперешнем возрасте. Сравнивать эти два конкурса  нельзя, каждый из них несет свою смысловую нагрузку. У нас требования тоже непростые. В первую очередь необходимы вокальные данные: красивый с достаточным диапазоном голос. И кроме оперных арий требуется исполнить номера из мюзиклов, неаполитанские и советские песни, которые, как выяснилось, не так-то уж просто петь. С первых нот становится понятно, глуп ты или умен, сердечен или пуст, музыкален или формально озвучиваешь текст.

— Планируете ли вы и далее проводить конкурс в таком режиме — раз в два года?

— Да, именно раз в два года. Конкурс — это как хорошая встреча с близкими друзьями, а они не должны быть слишком частыми. 



— Еще вы как-то говорили, что не хотели бы выставлять картины Муслима на выставках. Конкурсу он был бы рад?

— После демонстрации фильма о Муслиме многие узнали, что он писал картины и из них образовалась мини-коллекция. Поступило много обращений с просьбой показать эти работы. Но мне не хочется этого делать, он никогда не считал себя художником-профессионалом, не стремился публично выставлять свои картины. Он писал для души, для себя, для своих друзей. А конкурс был первым шагом, чтобы сохранить его имя в чистоте, гармонии и возвышенности. Муслима всегда отличала скромность. Он был одним из первых певцов, кто создал полноценный эстрадно-симфонический оркестр Азербайджана, где играли музыканты из многих стран бывшего Советского Союза. Но ему бы и в голову не пришло дать оркестру свое имя. 

— Ваш репертуар, в отличие от репертуара мужа, включал прежде всего классику. К эстраде вы как относитесь?

— Есть певцы, которым дано петь только классический репертуар, есть певцы, которые прекрасны в эстраде. И очень редко встречаются певцы, которым подвластно и то, и другое. Всегда приходится делать выбор. 

— Вы следите за тем, что происходит в Большом театре? 

— Если честно, не слежу, хотя в курсе событий нахожусь постоянно. К экспериментам в стенах родного театра отношусь настороженно. Несмотря на то что пытаюсь жить абсолютно в ногу со временем.


— Вы знали Муслима Магомаева лучше других. Что помогало ему в жизни?

— Господь Бог. Бог даровал ему талант, роскошный голос, музыкальность, артистизм, прекрасную внешность и огромное сценическое обаяние. А сам Муслим, обладая огромной трудоспособностью, задал себе высокую жизненную и творческую планку.