«Без реформ Россию ждет нехорошее будущее, а я по-прежнему верен Ельцину и Гайдару»
— Олег Валерианович, как отметили день рождения?
— В работе. Я в сериале снимаюсь, у Виктора Мережко в сериале «Хуторянин». Кино о фермерской жизни, о том, как им трудно. О том, как у них всячески стараются отобрать все, что они нажили честным трудом. Хозяева жизни пытаются захватить в губернии всё, что только возможно, стать монополией, вот об этом собственно фильм. Но главное не об этом, главное, если человек верит в свои силы и если он честен, он всегда победит. Почему я решил сниматься в этом фильме — подумайте сами.
— А в театре у вас сейчас, говорят, перерыв, новых ролей нет?
— Я опять буду играть в спектакле «Лето одного года», по американскому киносценарию «У Золотого озера». Ну, правда, мы там все переделали. Получилось совсем другое. Но игра в нем мне доставляет большое удовольствие, хотя и очень тяжело играть эту пьесу. Она о жизни, о верности, это совсем не смешная история.
Но, как это ни странно, спектакль набирает полные залы. Аншлаг уже второй год подряд идет. И в Москву приезжаем, там нас тепло встречают. И мне важно не то, что зрители кричат «Спасибо» и хлопают. Это само собой. Я имею в виду внимание и замирание зала в самых важных местах этого спектакля. У меня еще есть «Квартет» и «Дядюшкин сон». Вот и все мои планы. Я сейчас решил просто дать себе передышку и ничего делать не буду.
— Зато вы активно участвуете в общественной жизни, критикуете современную ситуацию в стране...
— Я остался верен тем принципам, которые были выработаны российской демократией, рожденной в трудах и болью в полях. Я по-прежнему верен именам Бориса Николаевича Ельцина и Егора Тимуровича Гайдара и многих других. Мне кажется, что без прохождения по реформам Россию ждет нехорошее будущее. Впрочем, может уже и поздно. Я не знаю точно.
— Откуда такой пессимизм?
— Я не политик, но прекрасно понимаю, что когда Гайдар и Ельцин начали проводить реформы, то страна коренным образом изменилась. Появилась частная собственность, дефицит был уничтожен, в магазинах появилось все. Но одновременно с этим цены начали расти. Необходимо было дальше идти по реформам для того, чтобы рынок наш приобрел нормальный человеческий вид, а не находился в руках нескольких монополистов-олигархов, договаривающихся между собой.
— То есть нам надо было продолжать проведение реформ Гайдара?
— Да, Егор Тимурович должен был довести это до конца. Я могу это сравнить с прыжком через пропасть. Перед Советским Союзом была пропасть, он в нее катился. Мы разбежались и прыгнули на другой берег. Но, не долетев до него, нас сбили прицельным выстрелом. Вот сможем мы наверх, к другому берегу, причалить или нет? Мне, кажется, это трудно уже.
— Но в 1990-е же театр находился на грани краха. Как вы к этому относитесь?
— Это неправда! В 1990-е годы не закрывались театры. Наоборот, открылось много новых. Наша революция дала новый взлет, новое дыхание всем российским театрам. Их стало в десятки раз больше. Ну, конечно, в основном маленьких театров, но и большие тоже появились.
— Ну, хорошо, количество увеличилось, а качество?
— Да я посещал практически все новые театры. Они были интересные и свежие. В тех театрах родились прекрасные режиссеры — Мирзоев, Могучий, Серебрянников. Могу перечислить десятки фамилий. Это время родило больших режиссеров и актеров. И если говорят, что в то время молодежь перестала ходить в театры, — это тоже неправда. Всё зависит от самого театра и его актеров — если вам есть, что сказать, то к вам придут люди.
