Госдума обяжет топ-менеджеров госкомпаний отчитываться о доходах

Согласно российскому законодательству государственные служащие обязаны предоставлять и публиковать в открытом доступе свои финансовые доходы. Однако это не касается сотрудников государственных компаний и корпораций.

В январе этого года Дмитрий Медведев, занимая пост президента страны, заявил, что руководители госкорпораций и акционерных обществ, где государство контролирует блокирующий пакет акций, должны предоставлять сведения о своих доходах и имуществе до 1 апреля. В заявлении речь шла также о предоставлении финансовой декларации членов семей управленцев.

Член комитета Госдумы по бюджету и налогам Евгений Федоров заявил «Известиям», что уже в этом году Государственная дума не только внесет, но и примет закон, обязывающий руководство госкомпаний публично раскрывать сведения о своих доходах.

— Этот закон будет принят до конца года. В настоящее время он прорабатывается и согласовывается со всеми ведомствами, — заявил Федоров. — Закон никогда быстро не пишется, в прошлом году было дано такое указание, и с точки зрения законотворческого процесса прошедший год, конечно, затягивается.

— Данные всех чиновников публикуются и это делают миллионы чиновников на официальных сайтах ведомств. На фоне этого работники госкомпаний — это всего несколько тысяч человек, — говорит Федоров. — Конечно, многие из них имеют высокие доходы, и было бы важно публиковать их данные в том же порядке, но пока отсутствует законодательная база.

Депутат Государственной думы Александр Старовойтов пытался лично узнать, какие же зарплаты получает руководство госкорпораций. Для этого либерал-демократ направил запрос на имя председателя правительства с просьбой предоставить такие сведения для ознакомления.

Из аппарата правительства письмо было направлено в Федеральную налоговую службу, так как декларациями по доходам занимается именно она. В своем официальном ответе глава ФНС Михаил Мишустин сослался на ст. 102 Налогового кодекса РФ, запрещающую публиковать сведения о доходах без согласия лица, сдавшего декларацию.

«Названные сведения, полученные налоговыми органами, представляют собой налоговую тайну и могут предоставляться третьим лицам только с письменного согласия физического лица на признание информации о себе общедоступной, — говорится в письме. — Учитывая, что в ФНС России вышеназванные согласия в настоящее время отсутствуют, представление сведений о доходах и имуществе физических лиц не представляется возможным».

В разговоре с «Известиями» Александр Старовойтов рассказал, что узнать о доходах сотрудников госкомпаний фактически невозможно, это попросту не предусматривает российское законодательство.

— Как мы можем заставить их  показать свои доходы, если это не предусмотрено законом? Могу лишь открыто заявить, что хотелось бы, чтобы государственные корпорации отчитывались, — сокрушается Старовойтов.

Ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры Дмитрий Абзалов уверен, что публикация финансовой отчетности не даст значимых результатов, главное ввести механизмы контроля за доходами управленцев и прибылью самой компании.

— В ближайшее время этот процесс будет ужесточаться, в том числе и по требованиям топ-менеджмента — это общемировая практика. Важнее не сама отчетность, а введение механизмов по контролю за доходами, — говорит Абзалов. — Необходимо выставить жесткий принцип между эффективностью госструктуры и зарплатой ее руководству. Также необходимо повысить эффективность госзакупках в этих структурах. 

В свою очередь генеральный директор совета по национальной стратегии Валерий Хомяков искренне недоумевает, почему такая практика до сих пор не введена в России, тем более что об этом говорил глава государства.

— Такая практика существует во всех странах, которые называются цивилизованными. То, что у нас этого пока нет, лишний раз подтверждает и вызывает огромное сомнение в чистоте и честности госкорпораций, — говорит политолог. — Нормальным структурам нечего бояться, они всегда демонстрируют: вот наш отчет, наш баланс — это работает на репутацию структуры. Нам до этого еще далеко.