Взлет и падение «Бубнового валета»
В 1911 году «Бубновый валет» основали молодые художники, проведшие в Москве выставку с таким названием. Испрашивая у властей разрешение на создание объединения, они заявили, что их цель — «распространение современных понятий по вопросам изобразительных искусств».
Жить по этим понятиям предстояло недолго. Представления об искусстве менялись на глазах и вскоре пестрый, разношерстный союз сменили сразу несколько новых групп и течений. Всех их вдохновляли идеи основателей «Бубнового валета» о том, что искусство может быть иным.
Как часто бывает, основатели — Михаил Ларионов и Наталья Гончарова — первыми и покинули союз. Тем не менее на выставке в Галерее Нащокина есть и их работы — из частных коллекций, а также из собрания Рязанского областного художественного музея. Основу же экспозиции составили полотна из музея-заповедника «Абрамцево». Отсюда привезли, в частности, большеформатные картины Петра Кончаловского. Кстати, большую часть экспонатов в Москве показывают впервые, а монументальное «Купание Красной конницы» того же Кончаловского Музей Вооруженных Сил выставил после огромного перерыва. Его цикл 1909 года можно было бы по формальным признакам назвать сельскохозяйственным: запечатлены сбор винограда и невидимых плодов, оливковая роща и ирисы.
Кончаловский создал эти картины во время двухлетнего пребывания во Франции и Германии. Именно там он испытал сильнейшее влияние Ван Гога, Гогена и прежде всего Сезанна — важнейших для бубнововалетцев авторов (для той же Гончаровой, например). В «абрамцевской» коллекции эти полотна оказались потому, что Кончаловский здесь много работал. Другие бубнововалетцы в поздние свои годы (а хронологически выставка раскинулась широко, до 1930-х) тоже много времени проводили в Абрамцево. У Ильи Машкова, представленного не только натюрмортом, но и замечательными ню из музеев Тулы и Вологды, здесь была дача, неподалеку, в Сергиевом Посаде, жил Роберт Фальк.
Фальк стал одним из главных героев выставки в Воротниковском переулке. Здесь много его графики, по количеству с ней может соперничать лишь графика Кончаловского. Это любопытный феномен: раньше Фальк был в глазах многих исключительно живописцем, а не графиком, теперь же он открывается с новой стороны. Вскоре в московской галерее Галеева пройдет выставка его рисунков.
Современникам весь этот поиск нового языка в искусстве казался экспериментом, лишенным будущего. Один из лучших критиков той поры, Сергей Маковский, писал в 1922 году, что среди авторов «Бубнового валета» «нет мастера, который бы приобрел широкое влияние на современников».
Пройдет еще сколько-то времени, и та же Гончарова, с ее интересом к первобытному, примитивному искусству станет мировым классиком, повлиявшим на художественное сознание многих. Правда, это признание придет уже после смерти. А до этого ее, уехавшую в Париж вместе с Ларионовым для работы на «Русские сезоны» Дягилева, будут ценить как книжного иллюстратора и декоратора, автора первоклассных театральных костюмов.
Сегодня «экспорт» Гончаровой, Розановой и других «амазонок русского авангарда» — важная часть в жизни наших музеев. Cамо понятие «амазонок» впервые применил к художницам поэт и критик Бенедикт Лившиц. Фрагмент его мемуаров «Полутораглазый стрелец» воспроизведен на стенде в цокольном этаже «Дома Нащокиных», где размещена часть выставки. Она включает и работы редко показываемых мастеров, таких как Вениамин Эйгес и Василий Рождественский.
Отсутствие властолюбивых лидеров (каким, например, у сюрреалистов был Андре Бретон) привело к расползанию «Бубнового валета». Поскольку в общество принимали всякого, кто соглашался заплатить членский взнос, разнородность участников породила эстетический хаос. В 1916 году его покидают Кончаловский и Машков, тон начинают задавать беспредметники и кубофутуристы. Одному из них, Казимиру Малевичу, вскоре предстоит поставить главную точку в истории мирового искусства. Как оказалось, не последнюю.
Выставка продлится до 30 сентября.
