«Если описывать музыку, не остается места для воображения»
7 июля в саду «Эрмитаж» пройдет самый теплый летний фестиваль — Море Amore. Специальным гостем программы станет знаменитый британский музыкант Чарли Винстон. С гостем встретилась корреспондент «Известий».
— Правда, что вы начали музыкальную карьеру в 30 лет?
— В 20 лет я жил в Лондоне и зарабатывал деньги написанием музыки для театров. Потихоньку играл на бас-гитаре в группе моего брата. При этом всегда писал песни. В колледже мне нравился джаз, играть на фортепиано я начинал как классический пианист. Затем хотел стать актером. В 25 лет я решил, что пора бы сделать выбор, и понял: моя цель — создать собственный музыкальный лейбл. Сейчас у меня почти все получилось.
— Не жалеете, что не стали актером?
— Актером стать никогда не поздно. Но современная поп-культура приучила нас к тому, что популярным можно стать только в молодом возрасте. И чем моложе — тем лучше.
— Что вас вдохновляет?
— Все, что угодно. Жизнь в ее противоречиях и контрастах. То, как они возникают, как притягиваются противоположности. Мне нравится проводить эксперименты, сочетать несочетаемое. Например, соединять джаз и классику, хип-хоп и тяжелый металл. Я не боюсь выходить за рамки мейнстрима, это — не мое. Главное для меня — быть вне времени.
— Ваш самый известный альбом называется Hobo («Бродяга»). Знаю, что так вы характеризуете себя.
— Да, последние четыре года я много путешествовал. Жил во Франции, но потом уехал — продал все свои вещи, и целый год моя жизнь помещалась в один чемодан. Путешествиями я хотел доказать себе, что меня ничего не остановит. У меня никогда не было много денег, но я брал все, что было, и отправлялся куда-нибудь. Два месяца назад я снова начала снимать жилье в Лондоне. Кажется, я наконец готов там осесть.
— Говорят, что Чарли Винстон — ваше ненастоящее имя.
— Это неправда. Просто у меня еще есть фамилия — Клив. Родители специально дали мне двойное имя, будто зная, что я буду выступать на сцене. У меня еще два брата и сестра. Старший брат — мой финансовый менеджер.
— Можете описать свой музыкальный стиль в трех словах?
— Я предпочитаю этого не делать. Если описывать музыку, не остается места для воображения. Как книга — все, что в ней происходит, воображается самим читателем и поэтому проникает в душу. Но, если все-таки попробовать описать, я бы сказал: парадокс, неописуемость и чудаковатость.
— А что вообще заставляет вас творить?
— Письма людей, они пишут, что моя музыка помогает им стать счастливее. Однажды одна девушка написала, как трудно ей было работать в банке, но послушав мою пластинку, она решила бросить эту работу и стала музыкальным журналистом. Позже я с ней встретился, она брала у меня интервью и напомнила про это письмо.
— В одном из клипов на вашу песню снялась Одри Тату. Как вам с ней работалось?
— Она прекрасная, очень забавная, веселая девчонка. Мы вели себя перед камерой так легко, как могут только дети. Однажды я услышал по радио, что ей нравится моя песня. И после этого я предложил ей поучаствовать в клипе.
— Собираетесь ли дальше привлекать звезд к съемкам?
— Никогда не буду специально умолять. Не важны здесь и денежные причины — я плохо отношусь к рекламе ради рекламы. Но, если это сложится естественно, будет здорово.