Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Сергей Лозница нагнал тумана

Канн впал в ступор от фильма украинского режиссера, но победу на кинофестивале прочат французскому Holy Motors
0
Сергей Лозница нагнал тумана
Кадр из фильма Сергея Лозницы «В тумане». Источник: kinopoisk.ru
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

По слухам, которые вдруг начинают циркулировать среди фестивальной публики и указать на источник которых вряд ли кто-нибудь возьмется, у жюри помимо двух основных кандидатов на главный приз — «За холмами» Кристиана Мунджиу и «Любви» Михаэля Ханеке — появился еще один. Это Holy Motors Лео Каракса. Название не перевожу, поскольку, как выяснится в финале фильма, это еще и наименование некой корпорации. Во избежание спойлеров в подробности лучше не углубляться. 

Герой — человек с тысячью обличий в исполнении Дени Лавана, любимого актера Каракса, разъезжает по Парижу на белом лимузине, периодически выходя из машины в новом образе: актера, снимающегося в технике motion capture, финансиста, нищенки, убийцы, отца семейства с достатком ниже среднего, чудовища, похищающего красавицу, и пр., и пр. 

В момент, когда зритель начнет уже слегка теряться в происходящем, в лимузин подсядет человек с почти горбачевским родимым пятном (Мишель Пикколи) и заведет с героем разговор про то, что красота в глазах смотрящего. Но вот как быть, если этого смотрящего нет?

Сам фильм — история о маскараде социальных ролей, в котором собственное «я» человека становится уже неразличимым, столь же умозрителен, как и эта беседа. И хотя некоторые сцены сняты с таким мастерством, что их наверняка будут изучать во французских киношколах, картина может увлечь скорее как игра ума, а не как эмоциональное переживание.

Абсолютно умозрительным стал, по-моему, и новый фильм Сергея Лозницы, «В тумане», снятый на русском языке, с русскими актерами и представлявший в каннском конкурсе в том числе и Россию.

Если предыдущую картину Лозницы, его игровой дебют «Счастье мое», хотя бы питала энергия нелюбви, то здесь — абсолютно дистиллированное, анемичное действо, снятое, как ни странно, по мотивам повести Василя Быкова — мощнейшего рассказчика про войну. 

Герой, белорусский железнодорожник Сущеня, арестован немцами за диверсию на путях, которую совершили его коллеги и против которой он решительно возражал (как выяснилось, не зря — жертвой стал поезд, перевозивший женщин на работы в Германию). Троих повесили. Сущене предлагали жизнь в обмен на тайное осведомительство, он отказался. Его все равно отпустили, сделав существование в родном поселке, где его теперь все ненавидят и считают предателем, невыносимым. 

В этой точке фильм Лозницы рифмуется с другой конкурсной картиной — датской «Охотой», но если у Винтерберга через эту коллизию проступает и характер героя, и образ общества, то у Лозницы — лишь очередная абстракция про гонения, которым неизбежно подвергается в этом мире порядочный, добросердечный человек. 

Психологический поединок героя и двух его «судей» — партизан, которые приходят Сущеню казнить, — должен был бы составить главное напряжение фильма. Но слово «напряжение» здесь подходит меньше всего. Персонажи медленно двигаются — так, будто бы заявленный в названии туман сковывает их волю. Медленно обмениваются фразами, театрально зависающими в пустоте, — и никакой искры: ни страха, ни упрека, ни сочувствия, ни ненависти не промелькнет между ними.

В чертах Сущени (Владимир Свирский), естественно, есть что-то «христообразное», и он в белом. «Хороший» партизан Буров (Влад Абашин) похож на киногероев 1930–1950-х годов в исполнении красивых и мужественных советских актеров. «Плохой» партизан Войтик (Сергей Колесов) — на прощелыгу. Как и румынский фильм «За холмами», картина Лозницы снята долгими планами, и оператор у него тот же — знаменитый Олег Муту. Но если в картине Мунджиу пейзажи преисполнены жизнью и тайной, хотя «За холмами» снимали всего лишь под Бухарестом, то непролазные леса из фильма «В тумане» (режиссер нашел не тронутую цивилизацией природу в Прибалтике) кажутся чем-то вроде декорации к известной опере Глинки «Иван Сусанин». 

Один из лучших советских военных фильмов, «Восхождение» Ларисы Шепитько, как известно, тоже снят по мотивам прозы Василя Быкова. Это было страстное, яркое, наотмашь бьющее зрителя кино о чести и предательстве, небытие и бессмертии. Зачем было начинать разговор о том же самом, на том же материале, но без интонации, без эмоций, без послания к зрителям, наконец, неясно. 

Зато эмоций и страсти было хоть отбавляй на мероприятии, которое по времени предшествовало пресс-показу Лозницы: Чулпан Хаматова, Александр Шейн, Сергей Члиянц и Гия Лордкипанидзе представили в Российском павильоне свой проект «Маяковский».

Как объяснила прилетевшая на один день после премьеры в «Современнике» Хаматова (интервью с ней — в одном из ближайших номеров «Известий»), провести презентацию именно в этом месте и в это время они решили потому, что, во-первых, фильму не помешали бы зарубежные партнеры: действие будет происходить в том числе в Париже, Нормандии и Нью-Йорке. А во-вторых, о проекте в Сети уже появилось много вздорной информации и пора рассказать, как всё обстоит на самом деле. 

Будущий фильм — это не байопик в буквальном смысле, скорее история про борьбу внутри одной личности человека и поэта. «12 лет человек убивал поэта. На 13-й год встал поэт и убил человека», — сказала в свое время о Маяковском Марина Цветаева, и, похоже, эта фраза стала для авторов отправной точкой.

Художник и власть, художник и революция, ответственность за чужое дело, которое ты поддержал своим талантом, — все эти темы будут в фильме. И все они, судя по эмоциональности рассказа, воспринимаются авторами как нечто личное. 

Чулпан Хаматова примкнула к проекту, идею которого вынашивал режиссер будущего фильма Александр Шейн шесть лет назад, когда уже был готов написанный Аркадием Ваксбергом сценарий. И, по ее собственным словам, погрузилась в совместное с Шейном творчество так глубоко, что на свет появился ребенок: их дочке уже два года.

Но Хаматова отказывается называть себя продюсером, а в том, что она сможет сыграть Лилю Брик, испытывает, к изумлению многих, серьезные сомнения. Шейн обещает в титрах отвести Чулпан отдельную строчку: «Муза».

Если вопрос с Брик — Хаматовой и уж тем более с исполнителем роли Маяковского остается открытым, то актрису на роль другой возлюбленной Маяковского, Татьяны Яковлевой, уже нашли: это известная модель и соратник Чулпан по благотворительной деятельности Наталья Водянова. «Маяковский» — не первая ее работа в кино. Водянова уже снялась в одном французском фильме и, как утверждают Хаматова и Шейн, сыграла отлично. 

Пробы на остальные роли еще не начинались. Нет у картины пока и государственного финансирования. Но продюсеры обещают при любых обстоятельствах выпустить «Маяковского» в 2014 году. 

Комментарии
Прямой эфир