Недоразумение с непредсказуемыми последствиями
Возможно, я пропустил бы сообщение об аресте четверых российских байкеров в Ираке, но в перечне имен задержанных наткнулся на имя своего товарища по Московскому геологоразведочному институту Александра Варданянца. Его младший брат Евгений рассказал мне — задержали байкеров, заявив, что неправильно оформлены визы, но ночью пришла SMS: SOS, бьют, шьют шпионаж.
У меня есть некоторый тюремный опыт, полученный в странах, именуемых горячими точками: нюанс в оформлении визы с легкостью превращается в обвинение, что ты инструктор, приехавший тренировать террористов. И ситуация явно выходит за рамки «приключения, о котором потом приятно рассказать друзьям».
Пока можно лишь предположить, из-за чего начались все неприятности.
Прежде всего стоит вспомнить, что попасть на территорию курдской части Ирака можно, просто купив визу на границе, подобно тому, как это делается при приезде в Турцию или Египет. Однако с такой визой нельзя находиться в арабских районах страны, для них нужно получать визу в иракском посольстве в Москве.
В Ирак наши байкеры проехали через северную границу, то есть через курдские районы.
Байкеры, поддерживающие связь с путешественниками, сообщают: «Попытка проехать в сторону Багдада обломалась янками на хаммерах — не пустили. Парни решили обойти посты американцев и проехать севернее».
Хотя родственники задержанных утверждают, что визы получали именно в посольстве, возможно, поводом придраться стали именно «курдские» штампы о пересечении границы.
При выдаче виз для пересечения наземной границы зачастую указываются пропускные пункты, на которых визы не считаются действительными. Таким образом власти препятствуют проникновению иностранцев в наиболее проблемные районы страны. Часто пограничники считают это излишней формальностью и пропускают через те заставы, через которые пропускать вроде бы не положено. В дальнейшем могут возникнуть вопросы, если на визе стоит штамп «запрещенного» пропускного пункта.
В Ираке иностранцам, как правило, не требуется пермишин (разрешение на перемещение из одного района в другой), однако время от времени какие-то районы закрываются для посещения по соображениям безопасности. Сотрудники российского посольства в Багдаде сообщают, что как раз сейчас в столице проходит встреча «пять плюс один» по иранской ядерной программе, так что нельзя исключать, что байкеров взяли на всякий случай — «а вдруг эти непонятные мотоциклисты представляют угрозу для собравшихся дипломатов».
Впрочем, то обстоятельство, что повод для задержания можно квалифицировать лишь как недоразумение или незнание правил, вовсе не успокаивает. Иракские спецслужбы подобно любым другим будут надувать щеки и разглагольствовать, что сумели предотвратить нечто серьезное, даже если злоумышленник просто перешел улицу на красный свет.
Предположить, как долго подобное недоразумение будет разрешаться в Ираке, практически невозможно. В этом плане показательна история русского строителя Петра Макайкина, возводившего в Ираке гостиницу. Макайкин попал в тюрьму в октябре 2006 года, а освободился в ноябре 2007-го. Поводом для его заключения был спор финансового характера русского бизнесмена с местным партнером. При освобождении выяснилось, что нахождение Петра Макайкина в тюрьме вообще не оформлялось юридически. Партнер бизнесмена просто попросил родственника, работающего в полиции, подержать Макайкина «у себя».
Самое неприятное в этой истории — в уповании друзей и родственников на наше посольство. На моей памяти наши дипломаты ни разу не смогли оказать давление на местные власти в этом регионе и освободить задержанных российских граждан в сколько-нибудь разумные сроки. В случае со строителем его удалось вытащить из тюрьмы благодаря связям работающего в России палестинского журналиста Абдаллы Иссы и главы общественной организации «SOS Россия» Антона Самойленкова. Наш МИД в том случае не смог оказать сколько-то существенной помощи.
