В споре физиков и лириков Василий Бархатов взял сторону ядерщиков
В кинотеатрах появился «Атомный Иван» — первый и пока единственный фильм Василия Бархатова, до недавнего времени сугубо театрального режиссера.
Премьера получилась долгожданной: ее откладывали чуть ли не целый год — с прошлой весны. По словам Елены Гликман, генерального продюсера фильма «Атомный Иван», проблема заключалась в том, что самый молодой среди знаменитых и самый знаменитый среди молодых, Василий Бархатов никак не мог выкроить время для монтажа. Но в итоге все закончилось хорошо, нарезка-озвучка состоялась, и в широкий, всероссийский, прокат лента выйдет уже на этой неделе — 29 марта.
Сюжет «Атомного Ивана» трогателен и, в общем-то, незамысловат: потомственный атомщик Ваня (его играет Григорий Добрыгин), несмотря на гениальность (формулы и идеи благодаря компьютерной графике прямо-таки бьют из него фонтаном), отрицает свою «коренную» принадлежность к племени хранителей мирного атома и хочет просто любить коллегу, «серую», но очень красивую «мышку» Таню (Юлия Снигирь), поставившую перед собой неосуществимую цель — добиться профессионального успеха. В какой-то момент беременная подруга решает бросить несерьезного Ивана. Но против этого тут же восстает домашнее бабье царство героя — иронично-трезвомыслящая бабушка (Екатерина Васильева) и неврастеничная мама (Евгения Дмитриева): обе — физики-атомщики. К ним присоединяется и «воскресший» отец Ивана, понятное дело, тоже атомщик-чернобылец (Алексей Горбунов), а еще в театр-студию при атомной станции приезжает столичный режиссер (Денис Суханов) и задумывает поставить спектакль про атомный апокалипсис. Парня «конкретно обложили», и он хочет сбежать от всех на «большую землю». Но от судьбы, как говорится, не уйдешь…
На петербургской предпремьере Василий Бархатов обошелся без пространных речей. Свое выступление молодой режиссер свел к одной-единственной просьбе: снизойти до уровня его собственного интеллекта при просмотре. Шутка оказалась хорошей: интеллекта Бархатова хватило на то, чтобы сделать «Ивана» интересным для всех.
Действительно светлая, добрая лента, в которой звучит музыка Сергея Шнурова и куда менее известного москвича Дмитрия Бикбаева, пронизана ироничным отношением к людям, которых режиссер Василий Бархатов и сценарист Максим Курочкин явно любят, несмотря на все их недостатки. Искренний смех (порой до слез и колик) провоцируют и остроумные реплики героев, и сама «картинка», сочетающая «личные» интерьеры, в которых чай приходится пить на стиральной машине, с крупными и не очень видами реальных атомных станций. Тут впору добавить, что впервые за всю историю мирового кинематографа съемки велись на действующих АЭС в Тверской области и нашем Сосновом Бору.
Как и театральные работы Бархатова, его фильм наполнен милыми подробностями из разряда «говорящих» деталей. Тут и понурый Колобок-гидроцефал из детской постановки, и колоритная соседка (эпизод в исполнении Марины Голуб), и морская звезда-мутант. Но даже они — ерунда по сравнению с колеблющимся от движения воздуха «смыслом» (это слово, написанное на стене, — часть призывной надписи в клубе атомщиков).
И последнее, возможно, самое главное: не стоит сравнивать эту ленту с классическими фильмами об атомщиках, вроде «Девяти дней одного года» Михаила Ромма или «В субботу» Александра Миндадзе. Молодой Бархатов не читает нравоучений и не пытается сравняться с мастерами, он просто констатирует, что самый большой абсурд — это сама жизнь. Но этим она и хороша. А точные формулы... это к ядерщикам.
