Кремль повернулся к современности
Первая персональная выставка Генри Мура (1898–1986) прошла, когда скульптору исполнилось 30 лет. К этому времени он успел послужить в армии, отучиться в школе искусств в английском Лидсе, получить стипендию для учебы во Франции и Италии. Но слава его только начиналась.
Решающим стало предвоенное десятилетие. В 1936-м в жизни Мура произошло два важных события. Во-первых, он принял участие в сюрреалистической выставке в Лондоне — с тех пор его долгое время числили по разряду сюрреалистов, но в итоге он оказался так же независим от принципов течения, как и Жоан Миро. Во-вторых, Мур побывал в Пиренеях, где посетил доисторические пещеры. Так его интерес к первобытным и заокеанским культурам, естественный для завсегдатая Британского музея, обрел новое качество: художник увидел артефакты в среде их естественного обитания.
Понятие среды, окружения, контекста — ключевое для любого автора. Но сам Мур не особенно любил создавать что-либо под конкретный пейзаж заказчика. Он предпочитал показывать уже готовые наброски и лишь потом адаптировать их под ландшафт. В этом можно увидеть определенное влияние муровской концепции искусства.
По отношению к природе он был восторженным соглядатаем, собирал камни и камушки самых причудливых форм — они тоже служили источником вдохновения. Огромные скульптуры Мура, установленные по всему миру и ставшие для многих апофеозом абстрактного в искусстве, имеют физически ощутимые корни. Хотя в основе этой минимализации формы — классическое наследие. Своей важнейшей встречей в искусстве скульптор считал знакомство с творчеством Микеланджело.
Выставка «Генри Мур и классический канон современной скульптуры», проходящая в кремлевской Успенской звоннице и Одностолпной палате Патриаршего дворца, — третья выставка Мура за последние 20 лет в России. В 1991-м первая прошла в петергофском музее семьи Бенуа, а затем и в ГМИИ на Волхонке.
В прошлом году в Эрмитаже показали замечательную серию Мура «Рисунки в убежище», создававшуюся в 1940–1941 годах в лондонских бомбоубежищах. Рисунки были выполнены по заказу Комитета военных художников, но в них нет и толики пропагандистского подтекста. Скорее это тихий ужас перед нечеловеческим миром, в который погружает современника доставшаяся тому эпоха. Не зря Эрмитаж показал вместе с Муром и блокадные рисунки ленинградского архитектора Александра Никольского. Эта рифма порождает множество смыслов, и выставка, камерная по составу, выглядела одной из лучших в Эрмитаже в прошлом году.
Более 20 работ из цикла «Рисунки в убежище» представлены сейчас и в Кремле — наряду с полусотней скульптур и тремя гобеленами, выполненными по эскизам художника. «Основной акцент мы сделали на наследии 1920–1930-х годов, — сказала «Известиям» куратор выставки Зельфира Трегулова. — Они особенно редки в собраниях, да и вообще работ Мура на рынке мало: после смерти художника не было сделано ни одной новой отливки».
Предложение показать Мура Музеи Кремля получили от Британского совета, недавно проведшего в Москве блистательную выставку Уильяма Блейка. Нынешняя активность Британского совета — важное событие с точки зрения нормализации отношений с этой знаменитой культурной организацией, испытывавшей в последние годы трудности в работе в России. Экспонаты для московской выставки предоставили Фонд Генри Мура, обладающий самой полной коллекцией художника, богатая на его работы галерея самого Британского совета, а также лондонская Галерея Тейт, музей Лидса и частные коллекционеры.
Показывая Мура, заказав для каталога статьи английским авторам, Музей московского Кремля совершил настоящую революцию в собственной истории. Послевоенное искусство здесь представили впервые, что меняет всю политику музея. Опыт работы с актуальным искусством будет продолжен, переговоры о следующей подобной выставке уже ведутся. Но пока что программа на 2012 год состоит из более привычных для кремлевских музеев сюжетов: иконостас Кирилло-Белозерского монастыря, война 1812 года, «золотой век» английского двора (эпоха Карла I), Мальтийский орден.
Выставка Генри Мура продлится до 10 мая.
