Меня с детства волновала личность А.Ф. Кони. Нет, не потому что была интересна юриспруденция — на самом деле из-за Ильфа с Петровым. Хоть кто-то должен был рассказать, что в России когда-то были адвокаты, которые убеждали судей путем произнесения речей. Ярких, талантливых, страстных и аргументированных. Особенно интересно это было узнать после Вышинского и прочих основателей сегодняшнего российского правосудия, каким мы его и имеем.
Во взрослом состоянии я работал в отделе преступности одной очень модной газеты, и с тех пор у меня полно друзей-адвокатов. И я все время — за любым столом — пытался понять, есть ли в них хоть тень от А.Ф. Кони. И сегодня я могу окончательно сказать — ни черта подобного. Каждый адвокат, которого я знаю в этом городе, не то что вовсе не златоуст, он в зале суда двух слов связать не только не может, но и не хочет. И сдается мне, что основная задача русской адвокатуры — это передача денег из одного места в другое. И всё — понравится им такое определение или нет. И не то чтобы я пытался наехать на этих людей — вовсе нет. Просто, не поняв степени деградации юстиции на каждом уровне, вы никогда не поймете, почему в казанских застенках убивают людей бутылкой из-под шампанского.
По идее адвокаты — нечто неприкасаемое, нечто стоящее между, нечто готовое спасти и тех и других — в зависимости от ситуации. Не случайно самая популярная реплика в западном кино — «Мне нужен мой адвокат». Реплика, которая долгие десятилетия ничего, кроме удивленного неприятия, в русской публике не вызывает. Какой тебе адвокат? Ты что, обнаглел совсем, буржуй?
А так как сегодня в местном обществе то, что не вписывается в убогие представления об устройстве мира, объявляется несуществующим, то и реальная функция адвоката — например, работа в зале с присяжными, поиск линии защиты и аргументов и алиби — объявляется время от времени художественной выдумкой проклятых америкосов. Интернет и телевидение создают для этого нужный фон и поставляют для этого необходимые тезисы.
Именно поэтому любой показ скучной работы европейского либо, не дай Бог, американского полицейского детектива выглядит и трактуется уже как чистый пиар и голимая пропаганда. Ну не может DC неделю искать улики против подозреваемого и пытаться прищучить его за столом своей правдой и вновь открывшимися обстоятельствами. Ну не может эксперт-криминалист обнаружить тот самый микроскопический волосок на дне стакана, который перевернет весь ход расследования. У него нет ни времени, ни химикатов и оборудования. Потому что мы же знаем — это никому не надо. Это все художественная выдумка, для того чтобы западники в очередной раз могли унизить матушку-Русь. Не верьте этому — или читайте просто как сказку про Гарри Поттера.
Мы же знаем, что это никому не нужно.
Зачем из себя корчить Порфирия Петровича — безвестные герои подвалов Лубянки уже к концу 20-х все уже сделали — выстроили свою собственную систему расследования и получения нужных показаний. Действительно, если у России всегда другой путь, то почему мы должны придерживаться какого-то там римского права, которое придумали древние итальянцы — извращенцы, развалившие великую империю. Ну и если римское право преподавали явному белогвардейцу А.Ф. Кони, то на фиг такое право.
Достаточно взять на улице первого встречного, про которого свидетель из числа прикормленных полицией наркоманов скажет что-то подходящее — вот, в общем, расследование и закончено. Как говорил закадровый голос в одном из советских фильмов, пропагандировавших немецкий фашизм круче любого Геббельса, — «Плейшнер знал, что как только его ударят по ребрам, он сдаст всех». За точность цитаты не ручаюсь, за пропаганду — вполне. Можно просто бить. А можно не просто. Обыватель даже не представляет, как людям неприятно, когда их бьют в отделении полиции. Нормальному человеку, а также не очень нормальному и совсем ненормальному, кажется несколько странным, что его бьют и насилуют ручкой от швабры. Более того — он готов встретить такие отношения дома, на улице, в ночном клубе. Но вот в полицейском участке — нет. Потому что полиция — это вообще-то первое лицо государства, которое гражданин видит. Это рука карающая и рука спасающая и защищающая, потому что больше гражданину некуда пойти. Если нельзя верить полиции, то государство несостоятельно.
И даже если ты что-то натворил, то у тебя есть права.
Я не знаю, что делают потом судьи со всем вот этим — у меня нет знакомых судей, кроме той милой девушки, которая оштрафовала меня на 500 рублей за отказ по сути давать взятку гаишникам, — но, судя по сообщениям СМИ, они вполне в тренде и им en masse внятная доказательная база со стороны полиции вообще не нужна для обвинения.
Конечно, бить и пытать гораздо легче, чем собирать и предъявлять. Для этого не надо никакой квалификации. Для этого не надо мозга и совести. Но и вся система требует с этих людей, окончательно превращая их в монстров, результатов в нужных статистических рамках. И они выстраиваются в корпорацию монстров.
Меня знаете, какой факт умилил больше всего? Когда казанские полицейские начальники объявили тех, кто недоволен тем, что им засовывают бутылку в анус, пособниками оргпреступности. Парни, вы ничего не пропустили? Что у вас с причинно-следственными связями? Это ваши пытки играют на руку организованной преступности. И что еще хуже — превращают полицию в организованную преступность. В организацию «Менты Без Границ».
