У нас почему-то сидит в головах, что спорт и все вокруг него — это вроде как шоу-бизнес

Прошлый информационный год начался под революционные новости с площади Тахрир: Восставший народ! Провокаторы-полицейские! Выпущенные из тюрем уголовники! Налет на Каирский музей! Драки! Смерти! Бедуины на верблюдах! Хунта!

Завершался прошлый год тем же и оттуда же: Армия давит демонстрантов бронетехникой! Изнасилованные иностранные журналистки! Драки! Смерти! Бедуины на верблюдах!

В этом году Египет вновь бурлит: Драки! Смерти! Футбольные фанаты!

Египет словно попал под власть джиннов насилия.

На этот раз все случилось не из-за свободы, честных выборов и прочих высоких материй, а по простой и понятной причине: футбольный матч в Порт-Саиде между местным клубом «Аль-Масри» (египтяне) и каирским «Аль-Ахли» (общество). Хозяева поля наложили гостям по первое число, а их болельщики — приезжим болельщикам каирцев. Так наложили, что в итоге появились 74 трупа, а побитых-покалеченных за полтысячи. Порт-Саид, надо отметить, вполне себе хулиганский город, огромный порт, ключ к Суэцкому каналу, в общем, египетская Одесса.

Возникает почти философский вопрос: это тоже своего рода издержки революции, продолжение политики или это «просто так», совпадение, развлечение в стиле британских фанатов с чрезмерными последствиями? 

В Египте последствия драки болельщиков самые что ни на есть политические.

В отставку отправлен губернатор Мохаммед Абдалла и главный «чекист» этой провинции. В Порт-Саид стягиваются войска. Для эвакуации гостей со стадиона была фактически проведена спецоперация, для переброски их домой, в Каир, был выделен спецпоезд и два военно-транспортных самолета.

Зато те гости-болельщики, кого эвакуировать не смогли, ночью напали на полицейские участки, они оказывается убеждены, что побоище подстроили силы безопасности.

Это выглядит уже совсем двояко: можно сказать, «футбольные фанаты атаковали полицейских», а можно более привычно для Египта, «между каирцами и представителями египетских силовых структур опять произошли столкновения».

В общем, почему-то не верится в болельщицкий эксцесс. Это, как в России в 2002-м, когда наши продули японцам и фанаты разнесли пол-Москвы, то был эксцесс, а Манежка в 2010-м, какой же это эксцесс, это политика, хотя фанаты и там, и там.

У нас почему-то сидит в головах, что спорт и все вокруг него — это вроде как шоу-бизнес и кипение страстей по этому поводу у городских низов — что-то сродни «Кто больше любит Пугачеву, а кто — Киркорова».

На самом деле фанаты всех мастей самое питательное поле для политической борьбы. Московские болельщики за последние 10 лет стали почти приравниваться к русским националистам, а далее делиться между собой на тех, кто ближе к протестным Русскому союзу или ДПНИ, и тех, кто при власти, «фирмы» сотрудничающие с Росмолодежью и «Нашими». Недалек тот час, когда появятся «либеральные» фанатские фирмы.

Москва — Третий Рим, а Каир был провинцией второго. Именно в Византии фанатское движение превратилось в политические партии. Там не было футбола, зато был ипподром, но фанаты отличались, как и у нас, по цветам команд наездников. «Голубые» (венеты) были за власть, монарха, представляли интересы крупной земельной аристократии и исповедовали господствующую веру, а «Зеленые» (прасины) считались партией плебса, еретических сект, демократов и почвенников. Но византийские фанаты, как и наши, и египетские, — это силовой ресурс, а мирные протесты ложились на плечи клакеров (фанатов театральных артистов), они занимались не только моральной поддержкой любимцев, но и публичным одобрением/осуждением должностных лиц (демонстрации, митинги и пикеты, и прочая бескровная политическая активность, по-нашему). 

Гомонливые и не бескорыстные клакеры претендовали на то, что громкое освистание или аплодисменты имеют силу политического решения. И это считалось демократией, был специальный эдикт об аккламациях (восклицаниях). Чем-то мне это очень напоминает нынешнее: прав тот, кто больше волну по интернету гонит.

При императоре Юстиниане «Зеленые» чуть не сделали переворот, там все началось, как и сейчас в Египте: драка на стадионе, стягивание войск, погромы, потом дошло до альтернативных императоров и переговоров сенаторов с фанатскими главарями.

В энциклопедиях теперь пишут: «Восстание было вызвано налоговым гнетом, притеснением властей, церковной политикой императора», а для современников это была просто разросшаяся до невиданных размеров драка «Зеленых» и «Голубых».

Еще любопытнее в энциклопедиях пишут о причинах появления «ипподромных» партий: ограничения на деятельность классических политических партий, свойственных Риму республиканской эпохи, вроде Оптиматов и Популяров. Ей-богу, у Константинополя, Москвы и Каира не так мало общего.