Иностранцы не потянули российскую меганауку
Министерство образования и науки провело заседание рабочей группы, определившее судьбу проектов класса «Меганаука». К таким относят крупномасштабные и чрезвычайно дорогие установки вроде Большого адронного коллайдера — их создание подразумевает международную кооперацию.
Россия собиралась профинансировать шесть меганаучных проектов на общую сумму 141 млрд рублей — список был утвержден правительственной комиссией по высоким технологиям и инновациям. В каждом случае затраты планировалось поделить в соотношении 50/50 с зарубежными научными организациями. На прошлой неделе Минобрнауки собрало всех, кто имеет отношение к проектам, с тем, чтобы актуализировать их статус. И, в частности, понять, в каких проектах иностранные партнеры заинтересованы и гарантируют финансирование, а с какими проектами ситуация не ясна.
— Исходя из уровня уже существующей поддержки принято решение бросить все силы на подготовку технической и экономической документации по поддержанным в финансовом плане проектам, не умаляя научной значимости трех остальных проектов и продолжая работу по ним, — рассказал «Известиям» Игорь Проценко, директор департамента международной интеграции Минобрнауки.
Получилось так, что финансирование из-за рубежа получили три самых недорогих проекта из списка: высокопоточный пучковый исследовательский реактор ПИК, спроектированный в НИЦ «Курчатовский институт» (бюджет проекта — 15 млрд рублей), комплекс сверхпроводящих колец на встречных пучках тяжелых ионов NICA Объединенного института ядерной физики (15 млрд рублей) и проект новейшего термоядерного реактора «Игнитор» от «Росатома» (16 млрд рублей). За счет этого смета подтвержденных проектов — 46 млрд рублей — оказалась втрое ниже той, что декларировалась изначально.
Представитель Минобрнауки отметил, что уровень интереса зарубежных ученых к меганаучным проектам в любом случае значителен.
— Проект ПИК поддерживает Германия, уже выделившая оборудование на сумму около €29 млн, — рассказывает Проценко. — Италия, несмотря на свои финансовые проблемы, хочет развивать научный потенциал и заложила в бюджет порядка €80 млн на поддержку проекта «Игнитор». Проект NICA поддержал Объединенный институт ядерных исследований, также готовность подкрепить интерес финансово проявляет ЮАР, и что-то выделят страны СНГ.
По словам Проценко, сейчас созданы рабочие группы, которые должны доработать дизайн-проекты, установить организационно-правовую форму предприятий, определить место установки, режим ввоза-вывоза оборудования, определить визовую поддержку для иностранных ученых и решить вопрос с разрешениями на работу для них.
В долгий ящик угодили три самых дорогих проекта. Это ускорительный комплекс «Супер c-тау фабрика» Сибирского отделения РАН (17,6 млрд рублей), «Источник специализированного синхротронного излучения четвертого поколения», подготовленный «Курчатовским институтом» (38 млрд рублей), и нижегородский проект создания самой мощной в мире лазерной установки (40 млрд рублей).
Финансирование трех отложенных проектов должно было составить более 95 млрд рублей. Их инициаторы обещают и дальше бороться за жизнь этих проектов.
— У нас есть ряд соглашений, где иностранные институты и группы физиков выражают большой интерес и заведомо будут вкладывать в проект ускорительного комплекса «Супер c-тау фабрика», — рассказал Юрий Тихонов, замдиректора Института ядерной физики РАН. — Но они настаивают, что проект сначала должен быть поддержан и его финансирование одобрено правительством России. Это обычная практика: когда люди хотят вступить в проект, они должны показать своему правительству, что проект одобрен.
По словам Тихонова, проект также был поддержан израильским Институтом Вейцмана, берлинским Университетом Гумбольта, японским институтом ядерных исследований KEK, европейским CERN.
— Мы продолжим работу и надеемся, что договоримся с нашими иностранными партнерами и проект будет одобрен, — говорит Тихонов.
По мнению ученых, одной из основных причин отказа иностранцев от участия в российских мегапроектах является экономический кризис в странах ЕС.
— Причин много, основная, скорее всего, — неспокойная экономическая ситуация в Европе, да и вообще в мире, — говорит Владимир Иванов, заместитель научного секретаря РАН. — В этой связи российские меганаучные проекты для иностранных государств могли не попасть в число приоритетных задач.
