Тюремщики брали под информаторов

Верховный суд России оставил в силе обвинительный приговор бывшему главному оперативнику ФСИН Республики Адыгея Адаму Гадагателю, получившему четыре года условно за коррупцию. Вместе с коллегами он списывал деньги, выделенные на оплату информаторов. Судебные процессы против руководства республиканского ФСИН продолжаются. 

Экс-начальник оперотдела управления ФСИН Адыгеи полковник внутренней службы Адам Гадагатель еще во время следствия заключил досудебное соглашение, полностью признав свою вину. Таким же образом поступили еще восемь его коллег, включая замначальника УФСИН по оперативной работе Руслана Борсова и главбуха ведомства Галину Коваленко. Остальные фигуранты этого дела занимали должности в оперотделах непосредственно в адыгейских колониях и СИЗО.

Скандал во ФСИН Адыгеи разгорелся еще в 2010 году, когда сотрудники ведомства выступили с открытыми заявлениями о коррупции среди руководства. К проверке подключились оперативники ФСБ.

По словам представителя Следственного комитета (СКР) по Адыгее Оксаны Бельдиновой, фигурантами уголовного дела о коррупции стали сразу 33 сотрудника УФСИН, включая начальника управления Алия Самогова. По версии следствия, в период с 2005 по 2009 год тюремщики похищали казенные средства, выделенные на оплату услуг тайных осведомителей.

Согласно отчетным документам, агенты якобы получали деньги за негласную информацию о ситуации в колонии, настроениях среди заключенных, незаконных передачах с «воли», указаниях «авторитетов» и «смотрящих». Суммы вознаграждений составляли всего от 600 рублей до 1,5 тыс.

Как выяснили следователи, оперативники находили заключенных, которым предлагали подписать документы о получении денег, обещая послабления в режиме. Деньги снимали со счета суммами по 50–100 тыс. рублей. Часть похищенных денег оперативники передавали начальству, вплоть до Алия Самогова. Следствию удалось доказать только хищение 1,5 млн рублей. Общее число доказанных эпизодов хищений достигло 1,5 тыс.

Как только против Самогова возбудили уголовное дело по статье «Присвоение или растрата», он срочно написал заявление об отставке по собственному желанию.

Никого из 33 фигурантов дела о коррупции в республиканском ФСИН брать под стражу не стали, ограничившись подпиской о невыезде.

Само уголовное дело расследовалось в условиях строжайшей тайны — материалы были закрыты сразу двумя грифами «Особо секретно», поскольку содержали сведения о статьях расходов на агентуру, методах работы с ней, а также подробности наблюдения и слежки за сотрудниками ФСИН.

Материалы дела составили 270 томов, а число допрошенных свидетелей достигло 400 человек. В конце прошлого года были направлены в суд материалы в отношении Алия Самогова и еще трех его бывших подчиненных.

— В отношении еще 20 человек уголовные дела были прекращены на стадии следствия по нереабилитирующим обстоятельствам, — рассказала «Известиям» официальный представитель СКР по Республике Адыгея. 

В октябре–ноябре 2011 года все фигуранты этого дела получили условные сроки. Гадагателю дали четыре года условно, лишив его всех наград и звания полковника. Учитывая, что экс-полковнику грозило до 10 лет лишения свободы, приговор можно назвать более чем мягким. Однако он с ним не согласился и обжаловал его в Верховном суде России.

— Списание денег на агентов весьма распространенный способ теневого заработка наряду с получением денег за пронос в зону запрещенных предметов — мобильных телефонов, алкоголя и наркотиков, — признает один из бывших сотрудников ФСИН. — Но это мелочь по сравнению с тем, сколько получает администрация колонии за положительные характеристики на досрочное освобождение, послабление режима.

Коррупционный скандал в Адыгее стал крупнейшим по количеству фигурантов, но не единственным в системе ФСИН. В конце прошлого года за хищения при заключении госконтрактов на ремонт коммуникаций в колониях были осуждены экс-начальник УФСИН Пензенской области Александр Суменков и ряд старших офицеров.