Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сегодня в Пхеньяне хоронят «великого руководителя» КНДР Ким Чен Ира. Я не очень много знаю о жизни этого человека. Понятно, что он был лидером тоталитарного режима, но одновременно и его рабом. Он никогда не мог выйти за строго очерченные рамки, и мне его, как человека, искренне жаль. Хочу выразить соболезнование его семье и поразмышлять о такой неизбежной вещи, как смерть, и нашем ее восприятии.

Натолкнули меня на эти размышления репортажи из столицы Кореи, из которых видно, что вся страна восприняла смерть своего вождя как личную трагедию. Для меня это странно, ведь в принципе в азиатской культуре эстетика смерти (то есть чувственное восприятие ухода из жизни человека) очень разработана. И для нее нехарактерно такое публичное переживание. Хотя самим корейцам, наверное, их поведение  кажется вполне естественным.

Я не против личных переживаний, но публичные рыдания свидетельствуют о том, что люди на самом деле не знают, что им надо делать. Они не знают, как им выражать свои эмоции в связи с таким печальным случаем. Более того, мне представляется, что эти эмоции были вызваны страхом, который переполнял людей. Страхом за себя, за свою страну. У нас такое тоже было. Я вспоминаю рассказы моей мамы. Когда в марте 1953 года умер Сталин, ей было 11 лет и она тоже серьезно думала о том, что с ними теперь будет. Притом что их семья жила в крайней бедности и ничего от режима Сталина не получила.

Вообще, у нас в обществе, к сожалению, о смерти думать не принято. Любой взрослый человек осознает, что однажды наступит конец жизни, но предпочитает гнать эту мысль от себя. Но почему? Ведь смерть — это такая же часть жизни, как и рождение. На мой взгляд, оптимизм нашей жизни придает именно осознание того факта, что мы смертны. Если предположить хотя бы на одну минуту, что все люди обрели бессмертие, то всё в жизни мгновенно изменится. И, думаю, не в лучшую сторону.

Не хочу давать общих рецептов, каждый конкретный человек разбирается с этой дилеммой сам. Я лично взял себе за правило каждый день думать о смерти. Но только не как об абстрактном понятии, а о своей конкретно. И как ни парадоксально это звучит, такой подход дает мне силы жить полноценной жизнью. Хотя, конечно, я понимаю, что применяю словосочетания, которые режут слух.

Один мой приятель, рассказывая о нашем общем знакомом, сообщил, что тот внезапно умер. Просто шел по улице, упал и уже не встал. «Какая хорошая смерть, ни минуты не мучился», — восхищался он.

А для меня это полная ерунда. Человек только потому и остается человеком, что всегда осознает, что он делает и что с ним происходит. Если говорить о том, как хорошо жить, не осознавая ничего вокруг, можно дойти до того, что мы будем завидовать человеку, который еще в детстве стал идиотом. То есть не осознавал, что он живет, что у него есть родители, а мир наполнен страстями.

Но сейчас мне бы хотелось поставить тему шире. Я считаю, что всё наше общество и социальные институты в частности ведут себя так, как будто вокруг нас нет тяжелобольных и умирающих людей. Пока однажды не случается шок, как в недавней  истории, когда молодой парень из Орехово-Зуева задушил больную раком мать по ее просьбе. В многочисленных статьях и ток-шоу сразу возникли извечные русские вопросы: кто виноват и что делать.

Церковь говорит о том, что надо со смирением принимать страдания как проявление воли Бога. И сам человек, и никто другой не волен над собой, не должен распоряжаться своей и тем более чужой жизнью. С этим я согласен: убийство «из милосердия» не перестанет быть убийством, но если прямолинейно занимать такую позицию и следовать этой установке, то мы возвращаемся к какой-то дикости. Тогда можно дойти и до того, что и операции надо делать без обезболивания. Зачем, пусть страдает, ведь страдания посланы свыше.

Поэтому простыми клише здесь не обойтись. На самом деле любой доктор, понимая, что перед ним смертельно больной, выбирает тактику действий, чтобы облегчить ему страдания. Но любая такая тактика так или иначе ведет человека к смерти. Ставлю вопрос ребром: ускоряет ли доктор смерть больного раком, давая ему наркотики? Мой ответ: да. Ни для кого не секрет, что наркотики истощают организм и приближают смерть. Но что-то я не слышал ясной позиции церкви по вопросу, нужно ли отказаться от наркотиков для облегчения страданий смертельно больных людей.

Или еще один пример. В медицине принято, что при серьезном осложнении родов доктора вынужденно убивают ребенка, но оставляют в живых мать. Так что, по мнению церкви, мать или доктор прямиком направляются в ад? Или надо пересмотреть основы медицины и отменить акушерство?

Я не говорю, что я прав в своих рассуждениях, но я призываю, во-первых, открыто такие темы обсуждать, а во-вторых, не впадать в дикость. Люди начинают уходить от рациональных вещей в какие-то совсем умозрительные дебри, которые абсолютно далеки от реалий повседневной жизни.

Было бы правильным, если бы церковь перестала брюзжать по таким «неудобным» вопросам, а возглавила и направила дискуссию в обществе с целью выработки приемлемых моральных норм.

Я вообще предлагаю задуматься над такой темой, как «эстетика смерти». Мне кажется, у нас такого понятия вообще нет. И что в итоге получается? Практически на всех домашних поминках, на которых я присутствовал, реализовывался такой сценарий: приходят люди и не знают, что им надо делать. Сначала плачут, потом пьют, потом смеются и танцуют. И это не потому, что они испорчены. Просто нет ясной и устоявшейся процедуры, нет понимания смысла обряда. Потому что в обществе это не обсуждается.

А отсюда возникнет еще целый ряд неприятных вопросов. Что у нас катастрофически не хватает хосписов. Что чиновники от медицины установили недостаточные нормы наркосодержащих препаратов, чтобы снять страдания умирающих людей. И больной человек фактически становится балластом для общества и даже для своих родных.

На мой взгляд, проявлением христианской любви является именно поддержка таких людей, стремление помочь им достойно уйти из жизни. Меня просто бесят выражения типа «страдания облегчают душу», «рак ведет людей в рай» и тому подобные. Вот проявление христианской любви действительно ведет человека в рай.

И напоследок об обрядах. Давайте откроем Евангелие. Там ясно изложено, что первый человек, который попал в рай, не был крещеным, он не соблюдал посты и не знал, что такое исповедь. Это был разбойник, умерший рядом с Иисусом на кресте. И попал он в рай, потому что уверовал.

 Автор — член наблюдательного совета Московского кредитного банка

Комментарии
Прямой эфир