Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Экономика
Стоимость биткоина превысила $60 тыс. впервые с 17 ноября 2021 года
Экономика
«Росатом» сообщил о планах построить в Турции еще одну АЭС
Происшествия
В Крыму арестован агент украинских спецслужб за сбор данных о Росгвардии в зоне СВО
Авто
ГД отклонила проект о возмещении ущерба по ОСАГО за упавшие сосульки
Общество
«Росатом» восстановил физическую защиту Запорожской АЭС
Мир
Приднестровье обратилось к РФ за помощью из-за давления Молдавии
Авто
Названы сроки перезапуска бывшего завода Mercedes в Подмосковье
Мир
Китайский посол объяснил сбои в расчетах с РФ внешним вмешательством
Армия
ПВО РФ сбили еще один беспилотник ВСУ над Белгородской областью
Мир
Президент Польши назвал незакрытым вопрос выплаты Германией военных репараций
Мир
Захарова прокомментировала предложение Макрона об отправке войск на Украину
Армия
ВС РФ освободили село Петровское на авдеевском направлении
Мир
Пекин после слов Макрона призвал мир содействовать прекращению огня на Украине
Армия
ВС РФ уничтожили радиолокатор С-300 и склад боеприпасов ВСУ
Мир
Экс-агент Джонсон объяснил «слив» информации о создании ЦРУ баз на Украине

«Я не против дверей, которые открывает для меня сама жизнь»

Женя Любич — о Париже, своем зрителе, грядущей презентации сольного альбома «C’est La Vie»
0
«Я не против дверей, которые открывает для меня сама жизнь»
Женя Любич. Фото: Таня Тикка
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

 То, что делает Женя Любич, можно условно именовать «рок-шансоном» — изобразительные средства от первого, воплощение — от второго. За спиной работа в одном из самых успешных французских коллективов. Впереди поиск своего зрителя на родине. О том, насколько массовым он будет у девушки с петербуржской пропиской и французской душой, попытался узнать корреспондент «Недели» Алексей Певчев.

— Когда я увидел вас последовательно на фестивале «Индюшата», «Сотворение мира» в Казани, «Движение» в Перми, посмотрел в паре клубов, мне стало понятно, что то, что вы делаете, — прекрасно, но только место вашей музыки в эстетских клубах или вообще в Европе.

— Не люблю этих разграничений. Лично для себя я не чувствую никаких границ, обращаюсь к разной аудитории. Безусловно, я не ассоциирую себя только с Россией. Вчера я была в Абу-Даби, сегодня в Москве, завтра в Питере, потом — Париж, что будет послезавтра — не знаю. Поймите, я не против дверей, которые для меня открывает сама жизнь. Хорошо, что есть песни на русском и я могу обратиться на этом языке к своей аудитории. С другой стороны, те же русские песни на моих концертах в Париже пользовались едва ли не большим успехом, чем французские или английские. Они там до сих пор — экзотика. Как ни странно, песни на английском и французском пользуются успехом здесь. Для меня главное — моя идентификация происходит через язык песни, а не через место, где я нахожусь.

Но Париж-то в вас очень плотно сидит. Между собой мы вас, признаться, и зовем «наша русская француженка».

— Когда мне было 11 лет, я с друзьями родителей попала во Францию. Мы неделю были в Париже, а потом поехали вдоль Атлантического океана. Но тогда я впервые увидела Эйфелеву башню — такую огромную, как будто из другого мира. Спустя много лет я написала песню «Привет Эйфелю», наверное, благодаря как раз этим детским воспоминаниям, ожившим во мне уже взрослой. Тогда, в той поездке, я и впитала всю эту свою нынешнюю эстетику. Все эти ноты языка, мелодика, настроение — все это точно сошлось. На а потом случилось это мое знакомство с группой Nouvelle Vague. Я давно начала писать песни и долго билась над их звучанием, и именно эта группа указала мне нужное направление.

Потом случилась эта очень красивая история вашего знакомства с лидером этой группы Марком Коллином, приглашение работать в ней и успешная работа в Европе. Но вы все равно ставите на Россию.

— Я родилась в Питере, и там началась моя история с Nouvelle Vague. Сейчас готовлюсь к презентации нового альбома. Песни мои были услышаны в России. Наверное, это одновременно начало сольного авторского пути и подведение французского этапа жизни, с которого все началось. Потому что альбом этот был записан в Париже, французскими музыкантами, под руководством все того же Марка Коллина еще в 2008 году.

— Вы считаете, что российская публика готова к этой музыке. Не только та, что придет послушать ваш утонченный шансон на джазовую «Усадьбу Джаз»?

— Вы знаете, четких критериев нет. Конечно, публика везде разная. Она различается даже в Питере и в Москве. Что уж тут говорить о разнице аудиторий «Нашествия» и «Усадьбы Джаз». Меня радует, когда в ироничных моментах зрители улыбаются, а где надо слушают. В конце-концов, я обращаюсь не к абстрактной аудитории, а к конкретным людям. Недавно на фестивале «Горлица» я пела, и мне подпевали и танцевали совсем крохотные дети.

— А вы сами что предпочитаете слушать?

— У меня в первую очередь были западные джазовые ориентиры, до сих пор для меня примером и авторитетом является Джони Митчелл. Из нынешних — Хинди Захра, конечно, мне нравятся проекты Марка Коллина, вокалистки Nouvelle Vogue-а Фиби Килди. Что касается русской музыки, то это и Высоцкий, и Окуджава и «Кино».

— Честно говоря, ваш сет с Хинди Захрой произвел на меня гораздо большее впечатление, чем выступление Nouvelle Vague.

— Хинди Захра одновременно несет свою национальную берберcкую культура и в то же время она француженка. В ней есть европейский саунд, европейский подход, Мне нравится этот ее микс из европодачи и собственного стиля. Это сочетание явлений, понятий, саундов. Когда я услышала ее первый сингл, я ни за что не подумала, что мы когда-то окажемся с ней на одной сцене. А в итоге так и получилось! Она пела мои песни, а я ее, и это было удивительно.

— Вы упомянули певицу Джони Митчелл. Она из поколения известного своей активной социальной позицией. Вот и вы в Казани не испугались спеть на огромную аудиторию песню «Письмо президенту».

— Я считаю, что музыканты это тоже политики только в своей сфере. То, что ты хочешь  сказать, нужно говорить в своих песнях. Что я и делаю.

— Для презентации альбома «C’est La Vie» вы выбрали зал Дома музыки. Серьезная заявка для молодой певицы.

 — Действительно такой большой зал и в России у меня впервые. С Nouvelle Vague я выступала и в «Олимпии». Работала и на тысячниках в Европе, но в рамках сольного концерта это первый шаг. Там будет сидячий зал, предполагающий нечто театральное. И мы, наверное, сможем изящно сконцентрироваться на каких-то важных нюансах и акцентах. Не будет цели агрессивно захватывать внимание зала. Мы долго готовились, репетировали с новым соcтавом. С нами будет работать лучшая команда видеоинсталляторов в Питере, а может, и в России. Возможно, даже приедет Марк Коллин. Будет немного декораций. Немного потому, что театра, конечно, хотелось, но совсем чуть-чуть. Хочетcя отпустить людей после концерта на вдохе, а не на выдохе.

 8 декабря, 19.00, ММДМ (театральный зал).

Комментарии
Прямой эфир