Тандем был конструкцией утонченной. Неопределенность удобна при дворе, но вредна в лихую годину

Когда все уже устали ждать, когда вот-вот будет объявлено, кто пойдет в 2012 г. баллотироваться в президенты от верховной власти, и спокойно дожидались декабря -- тем более, что это укладывалось бы в устоявшуюся традицию тянуть до последнего и объявлять решение в последний момент, -- тут внезапно и состоялось объявление. Действующий президент Д. А. Медведев выдвинул на верховный пост бывшего президента В. В. Путина.

После этого немедленно раздалось: "Мы знали, мы всегда знали, как можно было рассчитывать на что-то другое?". Когда событие уже случилось, число заранее знавших всегда оказывается огромным, если это психологически разряжает, то и Бога ради, но сдается, что на самом деле не знал никто, включая непосредственных фигурантов, поскольку в решение данного кадрового вопроса вмешалась внешняя сила. Когда В. В. Путин сообщил съезду: "Договоренность о том, что делать, чем заниматься в будущем, между нами давно достигнута", причем еще несколько лет назад, он не уточнил небольшой детали. Договоренность о том, когда именно мировой экономически кризис накатит вторым, еще более грозным валом -- она тоже была достигнута несколько лет назад? Даже живя в Сочи, знать такой прикуп невозможно, а в нем-то все и дело.

Ведь тандем был конструкцией утонченно-придворной, ценность которого для его участников и устроителей заключалась, по формуле гр. Л. Н. Толстого, в "Неопределенной, условной и колеблющейся шаткости отношений, которая удобна при дворе". Вслед за чем Толстой добавлял: "Но вредна в армии". Армия была помянута, поскольку формула относилась не к чему-то вообще, а к изысканным тандемным отношениям конца лета 1812 г, когда колеблющаяся шаткость отношений оказалась непозволительной роскошью. Нашествие двунадесяти языков -- дело серьезное, но мировой хозяйственный обвал, угрожающий даже не двунадесяти, но еще большему количеству языков. есть дело еще более серьезное. Отчего пребывание в нынешней придворной "неопределенности, нерешительности, запутанности и слабости", дозволительное при хорошей погоде, недозволительно в лихую годину.

Когда биржи и курсы не вытворяли то, что они вытворяли на неделе в аккурат перед объявлением, вряд ли вдруг нашлась бы решимость порвать с обычаем тянуть до последнего, сохраняя неопределенность, хотя бы и ценой ступора всей машины, принимающей государственные решения. Биржи и курсы показали, что сейчас не до жиру и, соответственно, не до ступора машины, принимающей решения как внутреннего, так и внешнего характера.

Из всего этого никак еще не следует, что на съезде ЕР пропели пасху в сентябре и вообще есть какой-то особый повод для радости. При прочих благоприятных условиях сменяемость власти есть скорее благо, позволяющее избежать инерционности, чтобы не сказать: склеротизации. Но это при прочих благоприятных, тогда как сегодня они самые неблагоприятные. Мировая практика лечения кризиса 2008 г. точно воспроизводила морской обычай усмирять бушующие волны, выливая за борт масло. Но прибегать к этому дозволялось лишь при непосредственном входе в гавань. Если делать это в открытом море, временно усмиренные волны затем начинают бушевать с удвоенной силой, а столько масла, чтобы постоянно утихомиривать океан, ни на каком корабле не бывает. Сейчас же в мире как раз та ситуация, когда кончилось масло (= ресурсы для количественного смягчения). Отсюда и решение "Пусть в бурю и ненастье один стоит у власти", решение, которое вполне можно критиковать, если при этом полностью игнорировать то обстоятельство, что прочие решения были бы еще хуже, да и ресурс ожидания принятия решений полностью вычерпан.

Хотя нет худа без добра, а равно и кому война, а кому и мать родна. Тандемная неопределенность все эти годы производила с прогрессивной общественностью когнитивный диссонанс, когда непонятно, то ли метать в небо богохульства, по Кремлю бомбами бросать: "Долой!", то ли метать в Кремль осторожные авансы и запросы. Каковая неопределенность лишала душевного равновесия. Теперь после выдвижения В. В. Путина наша общественность это равновесие вновь в себе обретет и вернется к беспримесно тираноборческой риторике.