Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Кухня против "госбастеров"

Артхаус - это всего лишь независимое кино, сделанное дома, на кухне. На кухне выросло много замечательных идей и проектов. По определению, авторских. В артхаус записывают фильмы, которые могли бы иметь гораздо более широкую прокатную судьбу. Таких картин десятки.
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Из недавних примеров - "Тюльпан" Дворцевого, прошедший в России, кажется, одной копией. Или клубный прокат "Я тебя люблю" Расторгуева и Костомарова. Упомянутые фильмы - абсолютно зрительские и при этом глубоко авторские произведения. Увы, "артхаус" - клеймо ограниченного проката.

Зачем нам какой-то "артхаус"? У нас есть "мейнстрим". Хруст купюр, вспышки фотокамер, признание властью. Не важно, что русский "мейнстрим" валится в прокате, и интерес отечественного зрителя к кино падает. Не важно, что, как и на телевидении, критерии "формата" - это всего лишь вкусовые пристрастия отдельных коммерсантов и чиновников.

Важно, что "мейнстрим" создает благостные, успокаивающие электорат иллюзии, образы коварных и одновременно глупых врагов, исторические мифы и прочие полезности для инструментария политтехнолога. Важно то, что с помощью "мейнстрима" можно гораздо эффективнее осваивать госбюджеты (излишне напоминать, что в финансировании кино участвуют не только Фонд социальной поддержки кино и Минкульт, но и такие организации, как ВТБ, РЖД). В итоге так называемый "мейнстрим" на 80% оказывается кальками калек голливудской продукции прошлого века, замешенными на квасном патриотизме.

Авторское кино упрекают в пессимизме. Если смотреть только новости федеральных каналов - упрек покажется справедливым. Если смотреть из окна "Бентли" на цветущую сирень московских бульваров - тоже. С точки зрения медбратьев и медсестер, солдат и матросов, молодых актеров репертуарного театра и крестьян, одиноких матерей и стариков-инвалидов, российское кино может показаться каким угодно - только не пессимистичным.

У авторского независимого кино нет и не может быть политической идеологии. Есть идея создания кино о людях. И этим независимое кино отличается от продюсерского. В продюсерском на первое место, как ни крути, выходят деньги. А люди отодвигаются на второй план.

Авторское кино подозревают в фестивальном заказе. Действительно, можно собрать "фестивальный пазл": взять социальную тематику, сексуальную перверсию, эстетский эскапизм, смешать, добавить по вкусу команду и актеров из числа лауреатов престижных смотров, долго томить на медленном огне в окружении аутентичной красоты русской природы и, не доводя до кипения, подать отборщикам.

Не факт, что повезет. И второй раз подряд - тоже не у всех получается. Фестивальная судьба - капризная. Рассчитывать на нее всерьез глупо. И нужно быть настоящим и полным идиотом, чтобы потратить жизнь в кино на то, чтобы угодить сотне членов фестивальных жюри. А в авторском кино процент идиотов не выше, чем в разведке, футболе или строительстве.

Действительно, авторское кино показывают на фестивалях. И слава богу. Это фактически альтернативная форма проката. Прокатчики не видят авторского кино в упор, потому что к нему не прилагаются бюджеты на рекламу и поддержка телевидения. Крупные сети даже не интересуются новыми отечественными релизами - у них на потоке Голливуд. К счастью, есть исключения. Редкие. Есть настоящие киноклубы, есть директора залов, которые работают со своей аудиторией. Для огромной страны это слезы.

Проблемы с прокатом делают все вложения в авторское независимое кино нерентабельными. И это несмотря на то, что у многих фильмов "лимитированного проката" потом находится своя и довольно обширная аудитория - авторское кино от активности пиратов страдает больше, чем "мейнстрим". В таких условиях можно почесть за чудо, что некоторые продюсеры до сих пор решаются вкладываться в авторское кино. А отдельные уникумы даже умудряются не использовать для этого госбюджет.

Главная проблема авторского кино в России - государственные деньги. Нет, не те капли, которые выделяют артхаусу. Но мощные финансовые потоки, подпитывающие и телевидение, и кино-"мейнстрим". Вне рыночных условий, вне честной конкуренции различные медиа-группы назначенных коммерсантов и чиновников делят между собой информационное пространство. Они не считают снаряды, проводя рекламную артподготовку. В победительном громыхании очередных промокампаний "госбастеров" тонут любые высказывания, даже громкие и своевременные.

Авторское кино не виновато в том, что его не смотрят. Нет условий. Есть общая системная ошибка в том, что на наши деньги - деньги налогоплательщиков - для нас снимают кино, которое мы почти не смотрим и которое большинству из нас не нужно. Продюсеры "мейнстрима", повязанные порочным кругом госфинансирования, снимают патриотическое кино для финансирующей стороны, а не для зрителя. С оглядкой на высокие кабинеты они проводят рекламные кампании, имея в виду некий электорат. Потому что на живого зрителя лучше не рассчитывать - он поделки второго сорта чуять научился задолго до релиза.

"Мейнстрим" можно упрекнуть не только в выполнении идеологического заказа, но и в формировании запроса на дурной вкус, на пошлость, на безмыслие. Эта штука (и эти шутки) пострашнее пессимистического взгляда. Это, кроме шуток, зомбирование. Остается рассчитывать, что подействует как прививка.

Казалось бы, нужно делать радикальные шаги, менять систему в корне, внедряя механизмы общественного контроля... Нет, вместо этого в какой-то параллельной реальности творческие союзы и гильдии, фонды и министерства, комиссии и эксперты, студии и компании продолжают вести бурную деятельность, имеющую косвенное отношение к кинопроцессу.

И так будет продолжаться, пока налогоплательщики не поймут, что их обманывают. И не потребуют ответа. Так будет продолжаться, пока авторы не поймут, что нужно держаться вместе и защищать свои права. Пока зрители и авторы не поймут, что именно они - главные фигуры кинопроцесса. Именно для них существует кино. И каким оно будет, решать нам вместе.

Комментарии
Прямой эфир